- Я сама себе водитель. - Перед с ним стояла вовсе не та Виктория, которая тепло и ясно проболтала с ним всю ночь. Не та, которая поманила его в неизвестную страну, и окрасила её своим романтическим взглядом. Не художница, пачкавшая красками веранду, травы, листву тропического сада, и вглядывавшаяся в гору, словно буддистский святой, - а столь сильная женщина, что чужая.
- Но ты же пила! Ты так не доедешь до своего понедельника! воскликнул он из последних сил.
- А я теперь вообще без ста грамм сухого за руль не сажусь.
ГЛАВА 28.
Может быть, мне без ста грамм сухого и во двор теперь не выходить? подумала Виктория, наблюдая странную картину перед своим офисом. Фургон военной машины гудел мужскими голосами. Три женщины кое-как одетые выскочившие на улицу в тапочках, непричесанными, накинув на халаты что-то более теплое, отчаянно колотили в обшивку фургона: кто просто кулачком, кто веником, кто поднятой с земли палкой. Когда они объединялись в этом действии, гул голосов замирал. Четвертая, такая же растрепанная, явно проведшая не одну бессонную ночь вышла из подъезда сталинского дома и деловито прошлепала с помойным ведром к помойке, вытрясла его, и с разбега подлетев к фургону начала звучно бить в него цинковым ведром. Еле увернувшись от её размахов, проходившая мимо Виктория проскочила к себе в офис.
- Якоб! Я не пойму что происходит?!
- Где? - полусонно уставился на неё Якоб.
- Во дворе.
- А... ничего серьезного. Борман квартиру продал.
- Какое отношение это имеет к фургону во дворе?! Там женщины с ума сошли! Они бьются о металл!
- Это не женщины с ума сошли, а мужики.
- Почему мужики?
- Так я же тебе говорю: все дело в том, что Борман квартиру продал. Хорошую квартиру, у нас тут на улице, дом сталинский, а взамен купил однокомнатную в панельном где-то на выселках - в бетонных новостройках.
- Зачем? - удивилась Виктория.
- Затем, что решил, что пора бизнесом заниматься. На разницу купил себе этот военный "Кунг".
- Так за что же его машину женщины дубасят? Он что - изнасиловать кого-то в ней захотел?
- Первое мая вот-вот. Весна к тому же теплая...
- Якоб! Не тяни - я не понимаю! - Воскликнула Виктория - При чем здесь весна?
- Я знаю, что сходу не поймешь, вот я тебе все подробно и объясняю: Если весна теплая, то в праздники у водоемов столпотворение будет, вот Борман и закупил пиво и всю машину бутылками заполнил. Чтобы бизнесом заняться. Поехать на водоемы и продать. А тут я такой сякой ему повернулся - говорю: а ты разрешение на торговлю алкоголем в префектуре получил? Он обалдел, аж. И теперь пиво продавать ехать не хочет. Боится попасться.
- Так помоги ему! Это же не так трудно, тем более, если деньги у него есть!
- А! Бесполезно. - Махнул рукой Якоб. - Я ему сказал - поехали, я тебе быстро блат устрою. А он... Знаешь, что он говорит: - Туда костюм одевать надо, галстук, я его сроду не носил.
- Но Якоб!.. У меня нет слов!
- А попробуй ему что-нибудь объяснить - стесняется такой серьезной организации - и все тут. Я с ним даже поссорился. Вот они с пятницы это пиво и пьют. Оно ж иначе испортится. Пиво-то наше - бутылочное.
- И сколько же им теперь это пиво пить?!
- Вот и посмотрим. Не было на моей памяти такого. Но все мужики из соседних домов, семьи покинули, и браво пошли алкоголь уничтожать. Поэтому бабы-то и бесятся.
- Ладно, лишь бы нас спьяну не трогали. - Виктория пришла в рабочее состояние и села за стол принимать заказы.
- Ты знаешь, я тут сам с собою посовещался, и решил: у нас уже тридцать три магазина. Водителям трех машин объездить по одиннадцать точек за, а потом везти полученные по доверенности деньги сюда, это уже сверх силы. Давай я буду встречать у них на трассе по выезду из города принимать отчет, и рассчитываться с ними там, выделять деньги на заказ. А деньги на офис, и прочие наши - сюда привозить.
- Давно пора так делать. - Кивнула Виктория, хотела ещё съязвит по поводу его лени, но сдержалась. В принципе Якоб во всем этом процессе был лишь хранителем печати, а в остальном ей вообще было непонятно - зачем он нужен. Но все-таки, если бы не было его, она бы психологически не выдержала самой себе задаваемых ритмов.
Обзвонив к трем часам дня уже работающие с ними тридцать три магазина, и к шести вечера переговорив, предлагая свои услуги с директорами ещё пятнадцати, не прибавив ни одного нового клиента, Виктория уже собиралась домой, а Якоб поехать на назначенное место на загородной трассе, как в офис зашел местный Мишка:
- Заберите у меня Пашку! - Плюхнулся он в вертящееся кресло перед столом Виктории: - Не могу больше! Жизни нет!
- Какого ещё Пашку? - не поняла Виктория.
- А того, помнишь, когда я с вами, то есть с тобою и твоей безумной соседкой знакомился - за столом с нами сидел. - Пояснил Якоб: - Он Мишке машину чинит.
- Так пятый месяц чинит! - Завопил Мишка.
- И что же не починил? - удивилась Виктория.
