- А мне, почему такое не обломилось?
- Сие, тайна неведома есть,- лениво ответил я, так как и со своим то ещё не разобрался.
- Может, дадим ребятам отбой, да пойдем, покалякаем о делах наших скорбных?
Объявив тренировку законченной, мы пошли с полковником пить чай и разговаривать. От чего-то покрепче он решительно отказался. Странный военный. Может баптист? Надо, как-то по тактичней поинтересоваться…
Забегая вперёд, скажу, что с полковником нам удалось прийти к взаимовыгодному соглашению. У нашей группы теперь есть настоящий тренер, способный обучить не только навыкам самозащиты, но и создать особую группу для выполнения специальных операций. Повезло или как, но Анатолий к последствиям большевистского переворота, относился в нужном мне ключе. Поэтому, поучаствовать в поиске для своей страны иного пути, согласился с большим удовольствием. Строить из себя большого начальника я не собирался, поэтому самые важные вопросы договорились решать сообща. Тема денег не поднималась в принципе. Много ли нам надо? Жить Молчанов будет в усадьбе, обеспечивая порядок и занимаясь здесь своей профессиональной деятельностью.
В кратчайшие сроки было необходимо создать боевую группу для силовых, в том числе и тайных операций. Врагов у России много, возможно придётся «работать» за рубежом. Не секрет, что некие международные финансовые круги используют российских революционеров, чтобы решать в нашей стране свои вопросы. Полковник, при упоминании «спецопераций за пределами Российской империи», заметно взбодрился. Видно, засиделся там у себя в Донецке. Захотелось, поучаствовать в большом деле, во блага Родины.
День был нелёгкий, но результатом доволен. Нашёл себе замену для обучения неофитов, с хорошими перспективами на будущее. Туманные планы изменить ход истории в России, приобрели чуть более плотные черты. Небольшой осадок остался после разговора с девушками нашей группы. По инициативе Сары Зильберман, они предложили собрать денег для поддержки Марии Спиридоновой и её товарок по партии, находящихся в царской каторжной тюрьме. Идею я поддержал. Хотя точно знал, что они там не бедствуют.
Дело в другом, екарный стыд, они не знали, чем закончила их кумир при «гуманной» советской власти.
После Октября, Спиридонова стала одним из лидеров левых эсеров. Здесь она допустила самый большой косяк в своей жизни – став одним из организаторов убийства немецкого посла Мирбаха. Впоследствии, она покаялась в том, что своим непродуманным и недальновидным решением подставила под удар партию. Не подумав при этом, что был убит совершенно невиновный человек, у которого возможно была семья: любимая жена и дети. Она посчитала, что жизнь одного человека ничто перед политической целесообразностью. Только пройдёт время и жертвой этой самой целесообразностью станет и она сама.
До самой смерти она будет подвергаться гонениям и преследованиям от новой народной власти.
В советской тюрьме Мария не раз вспомнит своё почти «курортное» существование в царской. Для дореволюционных охранников она была почти героем, для сталинских вертухаев стала врагом.
«Бывали дни, когда меня обыскивали по десять раз в день. Обыскивали, когда шла на оправку и с оправки, на прогулку и с прогулки, на допрос и с допроса. Ни разу ничего не находили на мне, да и не для этого обыскивали. Чтобы избавиться от щупанья, которое практиковалось одной надзирательницей и приводило меня в бешенство, я орала во все горло, вырывалась и сопротивлялась, а надзиратель зажимал мне потной рукой рот, другой притискивал к надзирательнице, которая щупала меня. Чтобы избавиться от этого безобразия и ряда других, мне пришлось голодать, так как иначе просто не представлялось возможности какого-либо самого жалкого существования. От этой голодовки я чуть не умерла...»
В 1941 немцы стремительно наступали. Наши войска сдавали один город за другим. В этих условиях Сталин предписал Берии уничтожить «наиболее опасных врагов» в тюрьмах, находящихся недалеко от линии фронта.
Приговоры оформили за один день. 11 сентября 157 политических заключённых Орловского централа были расстреляны. Их вызывали по одному, запихивали в рот кляп и стреляли в затылок. Тела вывезли в лес и закопали. Среди казнённых была Мария Спиридонова, её муж, несколько десятков немцев-коммунистов и других политических эмигрантов.
Жанна д`Арк из сибирских колодниц,
Каторжанка в вождях, ты из тех,
Что бросались в житейский колодец,
Не успев соразмерить разбег.
Ты из сумерек, социалистка,
