— Слышь, майор, ты зря думаешь, что я маленький и добрый. Если ты прямо сейчас не начнёшь говорить, то совсем скоро забудешь, как это делается. А без языка так вовсе только мычать будешь! Ну так что, пообщаемся?
Комаров по-прежнему молчал, но при этом так жалобно крутил глазами, что даже я догадался, в чем основная проблема.
— Эдуард Алексеевич, а он говорить то может?
— А, точно, — усмехнулся полковник, щелкая пальцами перед лицом майора. — А я-то уже собрался ему пятки поджарить за излишнюю молчаливость. А ларчик то просто открывается! Итак, уважаемый, мы внимательно вас слушаем!
— Это Князев, — затараторил Комаров. — Это он мне рассказал про способности Ерохина.
— И здесь Князев? — удивился чекист. — Вот теперь совсем интересно. А ты то с ним как познакомился? Вроде как не твоего поля ягода.
— Он… Я… — замялся майор, но натолкнувшись на пристальный взгляд полковника, тут же исправился. — Я ему помогал материал находить для его бизнеса.
— Материал? — глаза Эдуарда Алексеевича потемнели, а голос стал похож на металлическое скрежетание. — Я сейчас правильно понимаю, что ты сейчас людей живых материалом называешь?
— Ну это просто название такое, — заюлил изрядно перепуганный Комаров. — Для конспирации, так сказать…
— Так кого ты помогал находить ему! — рявкнул полковник. — Отвечай, скотина!
— Ну всякое бывает, — полицейский по-прежнему не мог пошевелиться, но упорно прятал взгляд от чекиста. — Где-то инвалиды жили, где-то просто семьи неблагополучные. Но я сам не делал ничего. Так… Просто информацию сливал для подручных Князева.
— А потом, наверное, отжимал освободившуюся жилплощадь, — задумчиво прокомментировал Седых. — Да уж, ничего не сказать, доходный бизнес.
Комаров набрал в грудь воздуха, открыл рот, чтобы что-то сказать, но почему-то не смог произнести ни звука.
— Думаю, что дальше разговаривать не о чем, — засунул руки в карманы брюк полковник, а затем достал из кармана мобильный телефон. — Пускай теперь с вами другие люди разбираются.
Эдуард Алексеевич набрал номер и ждал ответа, не глядя на Комарова, а просто скользя взглядом по обстановке моей квартиры. Не знаю почему, но каждый раз, когда его взгляд пробегал по моей фигуре, спина покрывалась мурашками.
— Максим! — Наконец дождался ответа полковник. — Бери машину, закажи автозак и дуй в Мытищи, на адрес к целителю этому начинающему. Да, по которому ты мне вчера справку делал. И захвати у экспертов пару мешков для трупов. Пригодятся!
Мне очень хотелось спросить, для кого именно пригодятся трупные мешки, но я счёл за лучшее промолчать. Ну его этих чекистов…
Последние слова полковника про трупные мешки явно не понравились Комарову, однако Седых явно не был настроен заботиться о душевном состоянии полицейского. Эдуард Алексеевич повернулся ко мне и глядя почему-то не в глаза, а мимо меня заявил язвительным тоном.
— Приношу вам, Геннадий, свои извинения! Ваша информация о подпольных операционных оказалась верной.
В этот момент я прям воздухом подавился. В голове роился ворох самых разнообразных мыслей, но приличных среди них практически не было. А к чему тогда весь этот спектакль? Нет, спасибо конечно, что мне сейчас благодаря полковнику почки в ближайшем обезьяннике не рихтуют, но неужели было сразу сказать, как именно обстоят дела. Ночью меня практически послал, утром пургу какую-то нес, а сейчас выясняется, что кто-то уже все вкусные сливки снял с моей информации. И я голову даю на отсечение, что этот кто-то имеет к Эдуарду Алексеевичу самое непосредственное отношение.
Так а что там было то? — не смог я все-таки сдержать любопытства. — Князева арестовали? Получается у вас уже два свидетеля преступления. Вы же теперь можете всю цепочку размотать без особых проблем.
— Не знаю, — пожал плечами Эдуард Алексеевич. — Вот сейчас приедет мой заместитель и тогда можно будет выяснить какие-то подробности. Кстати, он тоже пограничник. И насколько я знаю, вы один институт заканчивали.
Такое ощущение, что в нашем институте всего-навсего два человека училось. Тут с курса то порой всех вспомнить сложно, что уж говорить про другие года выпуска.
Впрочем, ждать оказалось недолго. Кавалерия прибыла. Как ей и положено — быстро.
Первыми на пороге квартиры нарисовались два спецназовца, обвешанных броней и вооруженных какими-то диковинными пистолетами. В перчатках, лица закрыты балаклавами. Издалека глянешь — чистые киборги. Даже не говорили ничего.
Один из них вопросительно мотнул головой, а чекист махнул рукой в ответ.
— Вот этого пакуйте!
И по-прежнему парализованного Комарова поволокли вниз по лестнице, как свернутый ковер. Впрочем, глядя на происходящее, я бы совсем не удивился, если бы они действительно попросили разрешения тело полицейского в палас завернуть.
А вот следом. Не успел я даже дверь прикрыть, появился помощник полковника Седых.
