– Нет, – с некоторой оторопью и презрением к аптекарскому делу скукожилась хозяйка, – я в морге несколько лет полы мыла, так что повидала этих ваших «проявите уважение» на своем веку, дай бох каждому… у нас один санитар был, не поверите, тоже все к уважению призывал, уважительный, черт, был, а один раз девицу молодую привезли, красотка, ничего не скажешь, грудь, ноги от ушей, соски шоколадные… волосы длиннющие, кожа-персик, в общем – будь я мужиком, живую бы такую увидела бы, умерла бы точно… так этот санитар уважительный, чтобы вы думали? Не будь дураком, ночью ей попользовался втихушечку перед самым погребением, взял смазку и попользовался… все одно закапывать, говорит, а я, может, всю жизнь мечтал о такой, ну и пущай, говорит, холодная, горячей водой обмыл и только в путь… да и смазку никто не отменял, у меня, говорит, как живая была, брачная ночь, вроде бы как… девственницей даже, говорит, оказалась… да, бывает, и после смерти лишаются вот невинности, нехитрое же дело, хотя все же редкость, конечно, сейчас молодежь развязная пошла, уж школьницы под куст готовы с первым встречным, если смазливый и одет хоршо, ну, а санитар-то да вот такой вот фрукт попался, ну, его сразу поперли, понятное дело, с работы, до суда чуть не дошло, сука, бывают же экземплярчики, Россия – страна большая, но начальство замяло, не дай бох, родные бы узнали девчушки-то, эхэ, то-то бы бучу подняли, больнице бы всю репутацию напрочь втоптали, подумали бы, у нас все такие, а с меня что взять, я женщина открытая, да и у мужика-то щас вон оно что, даже у живого и то не поднимешь, уж вялые все, спились-скурились, а если мертвый, уж подавно никак не поднять, висит, скукожился, и все тут, хоть загладься, навидалася я тоже, значит, в морге-то, и спортсмены у меня были, Аполлоны как есть, и актер даже один попался – красавчик, как-то помню, санитар напился, и я за него обмывала тело, рассматривала, жалко добро, ни за что ни про что пропадает, внушительно так лежал между ног, как мавзолей прям или стела, только потолще, но чтобы вот так вот на покойника лечь, это ни в жисть, ни в жисть, даже если бы поднялось бы у этого мертвого актера, чего там, это нет уж совсем пресвятая Богородица, знаете ли, Матронушка, не простили бы за такую хуйню, так что не надо, не надо нам про уважение рассказывать, я человек практический, но это все лирика, – женщина повернулась к лейтенанту. – Тварищ участковый, вам надо найти его родных, надо сообщить им об этом несчастье… Я сама даже готова посодействовать. Позвонить, ежели там, встретиться надо… вещи может отдать его… да и по поводу компенсации было бы нелишне тоже узнать, что и как, тварищ милиционер, вы меня слышите?
Участковый проигнорировал вопрос хозяйки. Увидел, что врач начал упаковывать свою сумку, и подошел к нему.
– Ну что, на экспертизу?
Врач достал из нагрудного кармана мятую пачку и подцепив зубами сигарету, прикурил.
– Регистрируй уже, но о подозреваемых можешь забыть. Сейчас наряд ваших приедет, так и скажите все… Сначала, как только увидел, что художник, был уверен – передоз очередного лунатика… поиск музы, утраченное вдохновение. Обычная практика… но нет характерного запаха и никаких следов… Думаю, сердце разорвалось. Не знаю, может, инсульт был, хотя у молодых редко… Вскрытие покажет, в общем, но своя смерть, это без сомнений. Налицо слишком сильное истощение.
Лейтенант кивнул:
– Ладно, можете забирать его… Девушка, погодите…
Полицейский подал Лике планшет с протоколом.
– Распишитесь в графе понятого. Все данные, там выше еще несколько строк заполнить нужно.
Лика оперла планшет на стену и вписала паспортные данные.
– Телефончик еще не забудьте оставить.
«Этого еще не хватало! Такого романтичного мента у меня еще не было – рядом с трупом-то, самое то».
Поймав на себе недоуменный взгляд женщины, полицейский смутился:
– Да нет, вы не поняли, в протоколе имею ввиду, чтобы в случае чего, могли связаться с вами…
– А-а-а…
Лика натянуто улыбнулась и вписала телефон, после чего снова подошла к картинам.
В эту минуту в комнату вошел нерешительный молодой МЧС-ник с курсантскими погонами и молочными щечками. Раздухарившаяся хозяйка, казалось, только сейчас его вдруг разглядела, как будто только что проснулась, разлепив свои жирные веки. Она подбоченилась и с вопросительным вызовом уставилась на интеллигентного юношу:
– Так, господа спасатели, а это что за щекастый хуесос тут нарисовался?
МЧС-ник со шрамом моментально среагировал:
– О Аллах всемогущий… женщина, это не хуесос, это наш стажер – Ванюша Андреевич… Ванюш Андреич, яви нам интеллект и чувство собственного достоинства.
– Гав! Гав!
Хозяйка брезгливо сощурилась:
– А почему он тявкает?
– Это он от нервов, сука-урод. Все-таки первая рабочая смена за стажировку, а уже седьмой человек за эту ночь его щекастым хуесосом зовет… И главное, – тут спасатель Роман возмущенно воздел руку к потолку. – И главное, как сговорились все, вот почему именно щекастый? Предположим, что на хуесоса он действительно очень даже похож, но почему, ради всего святого, почему именно щекастый?
