В заключение укажем, что наряду с перечисленными евреями в Мещанской слободе жили и караимы, или, как их источник называет, «краимы». Их было трое: два брата (?)
Вот все те немногие, но любопытные сведения о евреях, которые дает изучение переписных книг московской Мещанской слободы последней четверти XVII в.
Многонациональность населения была и остается одной из характерных особенностей города Москвы. В течение нескольких столетий здесь останавливались и жили представители различных народов и религиозных конфессий. Память об этом сохранилась до нашего времени в старинных топонимах: Греческая, Грузинские (Грузины), Мещанская, Немецкая, Ордынская (Ордынцы), Панская и Татарская слободы; Английский, Армянский, Крымский, Литовский и Ногайский дворы и др.
Однако если о проживавших или работавших в Москве представителях народов Российского государства или европейских стран уже немало известно ученым, то историю еврейского народа, связанную с московским регионом, особенно на ранних этапах, и сегодня без большой натяжки мы можем назвать «белым пятном». В первую очередь, это связано с почти 60-летним вынужденным перерывом в исследованиях отечественной иудаики, вызванным мотивами идеологического характера. Кроме того, массовое появление евреев (причем некрещеных) в Москве произошло довольно поздно, в середине XIX в., а до этого их проживание здесь было скорее исключением из общих правил. Но тем ценнее и интереснее информация об этом явлении, которая выявлена в различных фондах Российского государственного архива древних актов (РГАДА) и обобщена в настоящей статье.
Упоминания о евреях в Москве в XVII в. из архивных источников очень немногочисленны и разрозненны. Как правило, такие факты связаны с длительным военным противостоянием Российского и Польско-Литовского государств, в результате которого в России оказалась большая масса пленных иноземцев, среди которых встречаются и евреи (в документах XVII в. их именуют «жиды»). Большая часть подобных источников содержится среди документов Разрядного приказа (столбцы Приказного и Московского столов), касающихся управления и состояния г. Москвы и выдачи денег из Разряда разным людям. Тематически данные источники отражают вопросы крещения евреев и выдачи им денег, товаров и других льгот за переход в православие, зачисления на военную службу, перевода пленных евреев в русские города на поселение, а также судебного характера.
Сразу несколько дел 1644–1647 гг. свидетельствуют о судьбе новокрещенки-еврейки Мелании (Маланьи), жены сына боярского рылянина И. К. Клеменова[400]. За переход Мелании из «жидовской» веры в православную ее муж был освобожден от исполнения «городовых поделок» и сбора податей на 10 лет с его поместья, а сама она получила 10 руб. жалованья из Приказа Устюжской чети (1644–1645). В 1646–1647 гг. М. Клеменова находилась в Ивановском монастыре на Ку-лишках «для исправления православной христианской веры». За крещение и «подначальство» в монастыре Мелании были выданы денежная сумма и сукно. После смерти мужа она вновь обращается с челобитной в Разряд за денежным жалованьем.
Ряд материалов Разрядного приказа касается перевода евреев из Москвы в другие города. Одно из дел Московского стола (сохранившееся не полностью) свидетельствует о проходившей в 1658–1659 гг. в Немецкой слободе во дворах немцев переписи «русских, белоруссцев и жидов»[401]. После окончания ревизии все выявленные последние были сосланы в г. Астрахань и в Сибирь. Сохранилось также дело по челобитью «иноземца жидовского рода» П. Давыдова 1664–1665 гг.[402]. С детства он жил у дьяка Н. Великосельского, а достигнув необходимого возраста, решил записаться вместе с родственниками на службу в казаки Ахтырского полка, для чего просил отпустить его в г. Белгород.
