Из купе министра вышла женщина лет пятидесяти в костюме джерси, уже старомодном.
— Жена или любовница? — не выдержала Людмила.
— Определи, — улыбнулся Еровшин. — Ты же приметливая.
— Все-таки жена, — решила Людмила. — Костюмчик немодный, скорее всего, вторая жена. Когда женился, ему было пятьдесят, а ей около тридцати. Как же с ними заговорить?
— Так же, как со всеми, — посоветовал Еровшин.
Женщина достала пачку «Беломорканала» и закурила папиросу. Жена, теперь уже была абсолютно уверена Людмила. Женщина похлопала по карманам костюма. Людмила достала зажигалку, дала прикурить.
— Спасибо, — поблагодарила министерша. — Мой муж не любит, когда я курю на людях, но терпеть уже нет мочи.
— А моя подруга работает в министерстве вашего мужа.
Министр вроде бы и не прислушивался к их разговору, но все слышал.
— Что за подруга? — поинтересовался он. — В каком управлении?
— Она директор Новомосковского химкомбината.
— Тихомирова, что ли?
— Да, Катерина Александровна. Мы с ней в школе вместе учились. И по сей день дружим.
— Подтверждаю, — добавил Еровшин. — Я эту вашу директоршу знаю двадцать лет.
— Девятнадцать, — поправила Еровшина Людмила. — Она должна была с нами тоже поехать, но сказала, что много дел на работе.
— Да, — отозвался министр, — у нее сейчас реконструкция.
— Мы вас приглашаем на чай, — предложил Еровшин.
— Мы вас приглашаем.
— Обычно принимается первое предложение.
— Ладно, — согласился министр. — Тогда мы вас приглашаем на ужин в Таллинне.
— Приглашение принято, — отозвался Еровшин.
— Я сейчас все приготовлю, — Людмила распечатала коробку конфет. У Еровшина был с собой коньяк, икра, уже нарезанный хлеб. Проводница принесла чай.
Женщины расположились в креслах, мужчины на диване.
Выпили по рюмке коньяку, поговорили.
— Ваша подруга — деловая женщина, — обратился к Людмиле министр. — И умна, как бес.
— Наслышана. — Одобрения в голосе министерши Людмила не почувствовала.
— Она не любит вашу подругу, — подтвердил министр.
— Как я могу ее любить или не любить — я ее никогда не видела!
— Мы дружим семьями с бывшим директором комбината, — пояснил министр. — Ведь я был первым директором комбината.
— Я знаю. Катерина рассказывала о вас.
— И что же она рассказывала? — усмехнулась министерша.
— Она говорила о вашем муже примерно в тех же выражениях — что он умен, как бес, обмануть его невозможно. И когда вы ее пригласили на обед, — обратилась Людмила к министру, — она рассказала вам все, ничего не утаивая.
— Это правда, — улыбнулся министр. — Я потом проверил каждое ее слово. Все сошлось. Свою комбинацию она выстроила блестяще. И вообще, хорошая карьера. Конечно, не без помощи академика.
— Да никогда академик ей не помогал! — воскликнула Людмила.
— Вы с ним знакомы? — поинтересовался министр.
— Конечно.
— И Изабеллу знаете? — спросила жена министра.
— Конечно.
— Постарела, волчица, — заметила министерша.
— Но хватка осталась, — сказала Людмила.
— Дело уже давнее, мы с ней были соперницами. — Министерша кивнула в сторону мужа. — Но выиграла я.
— И тогда она вышла замуж за академика? — догадалась Людмила.
— Через две недели.
— Катерине до нее далеко. Она по сей день не замужем. Один раз обожглась, теперь на холодную воду дует.
— Это на деловых качествах не сказывается, — заметил министр. — Если проведет реконструкцию комбината за два года, как обещала, возьму в министерство. С годик посидит в главке, а там, глядишь, замминистра станет.
— Не загадывай на три года, — предупредила министерша. — Неизвестно, что будет через год.
— А как ваш прогноз? — поинтересовался министр у Еровшина. — В вашей конторе информации больше, чем в любой другой.
— Я думаю, что на три года можно рассчитывать.
— Не думаю, — не согласился министр. — Очень уж поспешно ваш шеф перешел в ЦК.
— Поэтому я и говорю, что года на три рассчитывать можно, — подтвердил Еровшин.
— А вы как думаете? — кивнул министр Людмиле.
Она не все, но многое запомнила из прогноза, который составили ученые.
— Все будет зависеть от здоровья следующего, — Людмила заметила, что Еровшин прикрыл глаза, значит, он не очень доволен поворотом в беседе, но надо было заканчивать. — К сожалению, я не гадалка, — вздохнула Людмила. — Но и гадалка бы сказала, что всех нас ждут большие перемены.
Когда министерская пара ушла в купе, Людмила спросила у Еровшина:
— Я ничего лишнего не брякнула?
— Ты замечательно вела свою партию, — похвалил ее Еровшин.
— Вот видишь, я бы была замечательной генеральшей.
— Ты и так генеральша, — улыбнулся Еровшин, — если девятнадцать лет живешь с генералом.
— Послушай, еще до знакомства с тобой я дружила с курсантом военного училища. Он был на последнем курсе. Значит, прошло почти двадцать лет. В каком он может быть сейчас звании?
— Смотря в каком роде войск. Летчики, ракетчики за двадцать лет службы уже генералы.
— А из пограничников?
— Это наши войска. Подполковник, полковник…
Наверное, все-таки я неверную установку с самого начала взяла, подумала Людмила, вот и получилось, что всю жизнь около кого-то, а не вместе.
