Москва - столица полностью

Имя Андрея Чохова появляется в документах еще во времена Ивана Грозного, начиная с 1568 г. Его пушки составляют вооружение русских войск во всех походах Ивана Грозного, и в том числе в Ливонию, отличаясь грандиозными размерами и превосходной техникой выполнения. Но даже среди чоховских орудий Царь-пушка представляет исключение. Весом 40 тонн, она имеет ствол длиной 5,34 метра с калибром у дульного среза 890 миллиметров. Толщина стенок ствола в дульной части составляет 15 сантиметров, в пороховой камере — 40. При таких размерах Царь-пушка лафета не имела. Она устанавливалась на станке с заданным углом подвышения. Такие гигантские размеры стали поводом для споров среди историков о том, использовалась ли Царь-пушка в деле или имела чисто декоративное назначение.

Действительно, участвовать в боевых действиях Царь-пушке не пришлось. Тем не менее трудно предположить, чтобы в условиях постоянной угрозы со стороны татарских войск Московское государство могло тратить драгоценное сырье и силы мастеров на какие-либо иные цели, кроме оборонных. Есть основания считать, что при подходе к Москве в 1591 г. войск хана Казы-Гирея Царь-пушка была подготовлена к участию в боевых действиях и установлена в Китай-городе для защиты главных кремлевских ворот и переправы через Москву-реку. Перетаскивали ее при этом тем же способом, как и с места ее изготовления, Пушкарского двора, на толстых бревнах — катках. Кстати сказать, первоначальное название гигантского орудия было «Дробовик Российский», поскольку рассчитывалась пушка на стрельбу картечью, иначе дробом.

Имя Царь-пушки связано с помещенным на ней изображением царя Федора Иоанновича в воинском уборе на коне. Над изображением помещена надпись «Божиею милостию царь и великий князь Федор Иванович Государь и самодержец всея великия Росия». Текст другой надписи: «Повелением благоверного и христолюбивого царя и великого князя Федора Ивановича государя самодержца всея великия Росия. При его благочестивой и христолюбивой царице великой княгине Ирине. Слита бысть сия пушка в преименитом царствующем граде Москве лета 7094 (1586). Делал пушку пушечной литец Ондрей Чохов».

Помещенная на Красной площади, Царь-пушка оставалась там вплоть до строительства в Кремле здания Арсенала. В 1825 г., как свидетельствуют о том московские путеводители, она находится уже в арсенальском дворе. Начиная с 1835 г. пушка стояла у старого здания Оружейной палаты, снесенного в 1960 г. в связи со строительством Дворца съездов. 14 февраля 1960 г. она была перемещена к подножию Ивана Великого.

...После неустающей сутолоки Соборной площади с вечно спешащими толпами туристов, экскурсантов, забежавших взглянуть на новые выставки фондов москвичей, после щелканья фотоаппаратов, треска кинокамер, разноязычного возбужденного говора — все ли увидели, ничего не пропустили? — после нетерпеливых очередей у Царь-пушки — сняться около нее надо, кажется, всем, — все здесь замирает непонятной тишиной. Пустынный разлив асфальта к отступившим за густую поросль деревьев Спасским воротам. Главы Василия Блаженного, тесно подвинувшиеся к стенам. Укрывшиеся в низко пригнувшихся ветках аллеи. Теплое дыхание окутанной птичьим гомоном земли. Фигура сидящего Ильича.

Ивановская площадь... Не менее важная в древнем Кремле, чем Соборная, получившая свое имя от Ивана Великого и оставшаяся в народной памяти поговоркой: кричать во всю мочь — «во всю Ивановскую». Здесь в XVI в. складывается административный центр уже не княжества — государства с его централизованной системой приказного управления: во второй половине XVI в. сооружается Посольская изба, за ней большое здание обращенных в сторону Архангельского собора Приказов.

Сам по себе характер занятий Приказов говорил о происходивших в Московском государстве изменениях. Государство нуждалось в создании единого войска вместо разрозненных княжеских и боярских дружин. В свою очередь, это единое войско испытывало потребность в постоянном совершенствовании, задачами которого и занимались соответствующие приказы. В начале 1630-х гг. Москва уже будет располагать и смешанными полками нового, европейского строя: пешими — солдатскими, конными рейтарскими и драгунскими. Вооружение, амуниция, даже комплектование каждого полка музыкантами-духовиками — все составляло предмет забот приказов.

Московское государство имело широкие дипломатические связи и множество проживавших на его землях иностранцев — к середине XVII в. население Москвы достигает 200 тысяч человек, из которых 28 тысяч были иноземцами. В это число входили специалисты разных родов — от врачей до фортификаторов, от инженеров до музыкантов. Право на въезд в Москву давалось представителям нужных государству профессий. Все это составляло компетенцию располагавшихся на той же Ивановской площади Посольского и Иноземского приказов.