В эти годы укрепилась власть директора Моссад Иссера Харела, который, с одной стороны, в контролировал все спецслужбы страны, а с другой — пользовался неограниченным доверием премьер-министра Бен-Гуриона.
Но в войне разведок ни одна даже самая громкая победа не может считаться окончательной.
21 июля 1962 года во время традиционного военного парада по случаю десятой годовщины египетской революции президент Насер показал новое оружие, созданное для борьбы с Израилем. Это были ракеты, которые, как выразился Насер, способны поразить любую цель к югу от Бейрута. Выходило, что вся территория Израиля оказалась под ударом. Директора Моссад Иссера Харела призвали к ответу: почему разведка не сумела своевременно сообщить о разработке египтянами ракетного оружия?
Харел отверг все претензии к Моссад. Его люди последние пять лет исправно докладывали о том, что Египет пытается получить ракетную технологию. Но все материалы на сей счет передавались военной разведке, которая по распределению обязанностей должнабыла проделать аналитическую часть работы и доложить правительству.
В начале 1962 года у военной разведки появился новый директор — генерал Меир Амит.
Ему был тогда сорок один год. Его родители в 1920 году приехали в Палестину с Украины. Известный поэт Борис Слуцкий, который храбро воевал в Великую Отечественную, был его двоюродным братом. Мать Меира Амита, которая сохранила фамилию Слуцкая, в 1964 году приезжала в Советский Союз повидать родственников. Советское посольство выдало ей визу, прекрасно зная, кто ее сын.
Меир Амит был тяжело ранен во время первой арабо-израильской войны, год лечился, вернулся в строй и командовал бригадой «Голани», потом перешел в военную разведку, где сделал карьеру. Со временем он добьется тесного сотрудничества военной и политической разведок.
Но когда он вступил в должность, так называемое «дело Лавона», возникшее после неудачной диверсионной операции в Египте, еще не остыло, отношения между военной разведкой и Моссад были очень плохими.
Директор Моссад, в свою очередь, злился на заместителя министра обороны Шимона Переса, который поспешил продемонстрировать миру израильские ракетные достижения. Первая израильская ракета «Шавит-2» была запущена в июле 1961 года. Никто не поверил официальным объяснениям, что «Шавит-2» будет заниматься метеорологическими исследованиями. Кстати, никто не заинтересовался, а что, собственно, произошло с ракетой «Шавит-1»? На самом деле ее просто не существовало.
Все были уверены, что запуск ракеты накануне парламентских выборов был произведен исключительно в политических целях, чтобы обеспечить победу Бен-Гуриону.
Никто не подумал о другой стороне дела: демонстрация израильских успехов заставила египтян поторопиться с разработкой собственной ракетной программы… Внутри Моссад была создана группа, которая занялась египетскими ракетами и вообще новыми вооружениями. Харел вскоре выяснил, что ракеты Насеру строят немецкие ученые. Вскоре Харел смог показать премьер-министру Бен-Гуриону перехваченное письмо немецкого ученого, профессора Вольфганга Пилца, директору египетского ракетостроительного завода.
Из письма следовало, что планируется строительство девятисот ракет, которые можно будет оснастить боеголовками с химическим или биологическим оружием. Похоже, у немцев не получалась только система наведения ракет. Немцы построили в Египте три секретных завода, которые производили двигатели, корпусы и средства управления для ракет среднего радиуса на жидком топливе. Египтяне создали несколько фиктивных компаний, которые скупали по всему миру то, что необходимо для ракетного проекта. И тридцать ракет уже были готовы.
Все это узнала группа разведчиков Моссад во главе с Цви Мальчином. Они вылетели в Западную Германию, проникли в лабораторию профессора Вольфганга Пилца и сфотографировали все его бумаги.
Директор Моссад Харел предложил премьер-министру Бен-Гуриону обратиться напрямую к канцлеру ФРГ Конраду Аденауэру с просьбой прекратить сотрудничество немецких ученых с Египтом. Но премьер-министр боялся повредить только-только начинавшемуся сотрудничеству между двумя странами. Бен-Гурион попросил своего любимца Шимона Переса обсудить это деликатное дело с министром обороны ФРГ Францем-Йозефом Штраусом.
Но прежде, чем такой разговор состоялся, к израильтянам внезапно обратился австрийский ученый Отто Йоклик. Его тайно доставили в Тель-Авив. Он рассказал, что египтяне хотят начинить боеголовки своих ракет радиоактивными отходами и распылить их над Израилем. А далее Насер рассчитывает иметь собственные ядерные боеголовки… Над Израилем нависла смертельная угроза. Правительство приняло решение — во что бы то ни стало сорвать ракетную программу Египта.
