Сам Нор пропадал в своем Университете, который уже готовился к приему студиозов в начале учебного года. Заявок на обучения было просто потрясающе много, для никому не известного учебного заведения. Он смог переманить к себе многих преподавателей, уже создавших себе имя и нашел множество молодых и подающих надежды кадров. Составление и утверждение учебных планов, набор персонала, не входящего в преподавательский состав, согласование вороха планов затрат и составление списка абитуриентов и огромная сложно разгребаемая куча других дел поглотила друга с кончиком волос, о чем я ежедневно сокрушалась.
Наш экономист, имя которого я так и не потрудилась запомнить, теперь был начальником над десятью выпускниками Школ и студиозами Университетов и Академий: обороты по дому воспитания стали такими, что один человек, даже такой одаренный как этот, не справился бы с ними физически.
Наверное, я вскрыла гнойник нашего королевства: как только народ осознал, что образованием начали заниматься, они поспешили помогать. Вреда от этой помощи было больше, чем пользы, но масштаб резонанса меня страшил до стучащих зубов.
Незаконное дело моего отца было уничтожено до основания, как и производства лосса в стране. Конечно, это не на совсем. Конечно, у меня теперь врагов столько, что хватить город заселить. Но в ближайший год наркотик не появится на улицах, а значит, аудитория, его потребляющая себя изживет. Кто-то найдет замену, но кто-то просто избавится от зависимости и это победа. Веллиас был несказанно счастлив. Настолько, что драными вениками гнал всех, кто заворовался на предприятиях моего отца. Теперь там все было чистенько и напоминало мне о себе только в виде падающих на мой счет в банке дивидендов и ежемесячных отчетов.
Ресторан так же приобрел небывалую популярность. На бронирование столиков стояла самая настоящая очередь, штат расширился вдвое, обороты выросли вчетверо. Уже сегодня земля и здание принадлежали нам с Деней, а проценты приятно оттягивали карманы его отца.
Деня уже собрался открывать новый ресторан. Называл он будущее заведение «Бистро» — от слова «быстро», каждый раз с удовольствием пояснял он всякому, кто готов был слушать.
Он придумал какую-то тайную технологию, которая позволит отдавать заказ в рекордные пять минут, чего раньше ни у кого не было. Уже было выбрано место, составлено меню и проработана система. Осталось подобрать персонал, выкупить место, сделать там ремонт и открываться. Судя по темпам, которые мы взяли, через недельку откроется.
— Ты если делаешь, то с размахом, да? — Усмехнулся Веллиас, просматривая огромную папку, где большими буквами было написано «Свадьба», которую принесла Элла и до которой у меня все никак не доходили руки.
— Ты о чем? — Я сунула нос ему через плечо.
Сунула и обомлела: Вел просматривал список приглашенных. Очень длинный список. Больше тысячи гостей. Дальше больше: нас ждал официальный обряд в храме, огромное торжество, надо понимать, в Сезонах, где тоже была обширная развлекательная программа.
— Элла! Какая тысяча гостей?! — Взвыла я, как только та откликнулась на кристалл.
— В смысле? Ты мне что сказала? — Спокойно проговорила Элла.
— Интересовалась, что ты несешь, деточка? А теперь интересуюсь что ты творишь?! — Совсем как леди взвизгнула я.
— Согласна, не туда ссылаюсь. А муж твой, который твой законный представитель, что мне сказал? — С ноткой веселья в голосе уточнила девушка.
А что он сказал? «Ты все придумаешь и спланируешь так, как считаешь нужным, а мы посмотрим и выскажемся?» — вот что он сказал.
— Да ты шутишь… — Потрясенно прошептала я.
— Вы ни с чем не спорили и на все кивали. Я решила, что такое важное событие, как ваша свадебная церемония, вы не пропустите мимо ваших сиятельных ушей в ворохе дел. — Со смешком проговорила Элла и отключилась.
— Мы все пропустили и через три дня у нас церемония, где будет все вот это. — Все еще шепотом пояснила я Веллиасу. Он только улыбнулся.
А теперь я вот стояла в главном храме города — единственном, который способен хотя бы плотненько, но вместить себя всех приглашенных, в комнате для вест (хотя с чего я стала вестой я не поняла — требованиям я не удовлетворяю), и не решалась выйти к толпе.
— Алва, я два месяца жизни убила на это. Целая куча народу работала над твоей свадьбой и если ты сейчас не выйдешь, я не буду с тобой больше разговаривать. — Веско произнесла Элла и топнула ногой.
— Элла, за два месяца организовать такое — это дар. — В тон ей ответила я и разгладила несуществующие складки на платье.
Платье было потрясающим — точно как я люблю. Молочно белое (я уже не просто не порочна, а очень даже ношу под сердцем доказательство этой непорочности — даже животик видно, так что белое платье тоже безосновательно), оно подчеркивало талию и успешно маскировало животик. Летящая юбка и тончайшее кружево ручной работы по лифу. Никакой пышной юбки и кричащей помпезности. И все это из лучшего шелка, привезенного с другой стороны моря.
