В остальном он был снабжен теми предметами, какие обычно бывают в любом домашнем офисе. Письменный стол с компьютерами, архивный шкаф и принтер, книжный шкаф, заполненный книгами, отсортированными по цвету корешков, и обязательные стопки счетов и нераспечатанных конвертов. Единственным, что выбивалось из общей картины, был небольшой верстак, на котором лежали электронные приборы, паяльники и платы.
Он включил компьютер и, как и ожидалось, тот запросил пароль. Он пропустил самые распространенные
Он добавил год, когда Колумб открыл Америку, и ввел
Это слишком просто. Якобсен был умнее. Конечно, это могло оказаться любое слово, случайный ряд цифр, прописных и строчных букв. Здесь решал только случай. Но Якобсен казался гораздо более организованным, так что вряд ли бы позволил случаю решать за него. Напротив, во время поездки он много говорил о том, как важно взять все под контроль и управлять собственной жизнью.
Он посмотрел на символы и задумался. Это может быть правильной комбинацией, а может и нет. Он был уверен только в трех вещах. Если какая-то из букв была заглавной, то она стояла в начале, и если были цифры, то они шли в конце. Так было всегда, когда люди сами придумывали пароли. Он также был убежден, что пароль так или иначе будет связан с Колумбом.
Якобсен с гордостью рассказывал о том, как он основал фирму, и никто не верил в него. Может быть, он рассматривал это как завоевание итальянцем Америки, что Колумб и сделал в 1492 году. Именно тогда он взял на себя управление собственной жизнью и начал править.
Но когда он стал размышлять об этом, то пришел к выводу, что не фирма была главным в жизни Якобсена. Деньги, успех и, прежде всего, возможность подглядывать за незнакомыми женщинами — вот что было главным. Скорее всего, большим событием должен был стать тот момент, когда он стал
Через несколько секунд экран погас, а потом загорелся снова, и на нем появилось изображение картины маслом, а на ней — три корабля, плывущих по морю. Он сразу понял, что это три корабля Колумба — «Нинья», «Пинта» и «Санта-Мария».
Он вошел в систему.
Ассар Сканос достал из рюкзака тканевый сверток, раскатал на столе рядом с девочкой, убедился, что инструменты разложены аккуратно и до них легко дотянуться. Там был секатор, два кухонных ножа разных размеров, шило, топорик и молоток, а также ножовка. Они выглядели пугающе, когда лежали в ряд, это точно, и на самом деле они ему совсем не нравились. Но так как уже многое было сделано, она все равно ничего не почувствует.
Он посмотрел в окно на людей, которые суетились, словно муравьи, далеко внизу. У них даже не было времени остановиться и посмотреть на полицейские машины, которые подъехали с включенными мигалками и остановились на площади.
Что, если они ищут именно его? Может ли такое случиться? Нет, конечно ищут кого-то другого. Они никогда его не найдут. Никогда в жизни. Ему не нужно беспокоиться. Совсем не нужно.
Темно-синие колготки с белыми лошадками соскользнули с девочки под треск маленьких электрических разрядов. Ноги у нее были белые, как перламутр, от чего три синяка под правым коленом были особенно заметны. Почему он не взял ничего, чем бы можно было замазать их?
Платье, тоже с лошадьми, он разрезал и снял с нее. То же самое и с трусиками. Он разрезал с одной стороны вдоль паха, потом с другой, и они исчезли с небольшим рывком.
Если не обращать внимание на синяки, зрелище, открывшееся перед ним, было самым прекрасным из всего, что он видел. Пробудившееся в его теле желание было таким сильным, что, почувствовав его, он понял, что никогда в жизни такого не ощущал. Он хотел войти в нее, и он хотел этого сейчас. Прямо сейчас.
Но это было плохо. Он знал, что все будет плохо и пройдет слишком быстро, если он не возьмет себя в руки. Вместо этого он обхватил его рукой и начал делать движения взад-вперед. Сначала очень спокойно и осторожно. Но вид ее нежной перламутрово-бледной кожи заставил его увеличить темп и сжать его еще сильнее, а дальше он уже не мог остановиться.
Когда он восстановил дыхание, то почувствовал, как дружок опадает, кровь больше не приливает к нему, он даже немного распух от его грубых движений. Мужчина посмотрел в грязное окно и заметил, как подъехала еще одна машина с мигалками и полицейские разошлись в разные стороны.
С помощью секатора он отрезал кусок ткани и использовал его как тряпку, чтобы вытереть ее. Затем он открыл ей рот и насчитал пять теплых влажных вдохов, потом свернул ткань, запихнул получившийся кляп ей в рот и заклеил сверху двумя большими кусками скотча.
