— Не прогоняй меня, — выдохнул он, — я боюсь.
— Не прогоню, — Рей на мгновение прижал его к себе и поцеловал в висок, а затем присел на корточки и продолжил раздевать. Освободил от брюк, обуви и носков и, подхватив за талию, отнёс на кровать.
Наклонился над ним и стал медленно целовать. Постепенно множество маленьких нежных поцелуев сливались в один долгий горячий поцелуй, и Конрад снова расслабился в его руках, принялся отвечать, мягко поглаживая по спине и сжимая бёдрами бёдра Рея. Он невольно тёрся о любовника пахом, и Рей решил подыграть ему, ответив такими же толчками.
Конрад закусил губу, впиваясь ногтями в плечи Рея, и, тихонечко застонав, кончил. Рей поцеловал его в последний раз и лёг на подушку боком, повернувшись к Конраду лицом.
— Можно, я останусь до утра? — спросил Конрад, поворачиваясь к нему.
Рей кивнул. Притянул его к себе и прикрыл глаза, намереваясь уснуть.
В ту ночь Конрад не видел снов.
И всё же страхи по-прежнему не оставляли его. Майкл задержался в усадьбе на несколько дней, а Конрад продолжал работать над двумя скульптурами: той, о которой попросил Рей, и той, за которую решил взяться сам.
Он почти уже привычно не заметил, когда Рей показался в дверях, и продолжал неторопливо исследовать пальцами собственные щёки, пока тот не подошёл вплотную и не обнял его со спины.
— Это потрясающе, — сказал тот.
Конрад вздрогнул, но тут же обмяк, откидываясь на его грудь, и проследил за взглядом Рея.
— Это только начало, — сказал он, — если оставлять её в глине, то нужно обжигать. Но я бы ещё уточнил мастихином пряди волос. И… мне не нравятся глаза.
— А если не в глине? — спросил Рей.
— Я всегда мечтал работать с мрамором. Но на третьем курсе до него дело ещё не дошло.
Рей приподнял бровь и улыбнулся, в лёгком удивлении посмотрев на него:
— Мрамор и ты? Ты будешь обтёсывать камень? Представить себе не могу.
— Да… комплекция немного не та, — Конрад усмехнулся, — мастера, у которых я хотел бы учиться, были покрепче меня. Но мрамор вечен. В нём настоящая красота. Я хотел бы когда-нибудь продолжить учёбу… — Конрад опустил глаза.
Рей промолчал. Ему нужно было обдумать этот вопрос. О том, чтобы вернуть Конрада в колледж, речи быть не могло. Даже приглашать в дом учителя со стороны было опасно — да и не было уверенности в том, что такой компромисс Конрада удовлетворит.
— А это что? — Рей кивнул на накрытую полотном скульптуру, стоявшую чуть в стороне.
— Да, конечно, — ответил Конрад без особой уверенности, но снял полотно.
Рей молча смотрел на мужской торс без головы и рук.
— Кто это? — спросил он.
— Я люблю изображать мужское тело, — Конрад покраснел, — если бы ты разрешил, я бы потом изобразил твоё. А пока…
— Но ты всё же где-то видел его? — продолжал допытываться Рей.
— Это мастер, который меня тренировал, — выдохнул Конрад наконец и в попытке защититься стиснул собственные локти в руках.
Лицо Реймонда изменилось, став суровым и чужим.
— Я не хочу, чтобы ты вспоминал его, — жёстко повторил он, — а тем более лепил.
— Но мне легче так, Рей! — Конрад вскинул взгляд на него. — Это не значит, что я скучаю по нему.
На лице Реймонда отразились теперь недоумение и боль. Он молчал, не зная, что сказать.
— Я не хочу, — только и повторил он, но уже скорее растерянно, чем зло. — Я не хочу, чтобы он жил в твоей голове…
Рей на мгновение прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, а затем шагнул к Конраду.
— Прости, — сказал он, привлекая его к себе и целуя в висок, — мне не нужно было кричать.
— Я бы хотел забыть, — отчаянно сказал Конрад, утыкаясь носом ему в плечо, — я бы правда хотел… Чтобы у меня был только ты.
Рей молчал. Закрыв глаза, он пытался успокоить злость. Конрада было страшно разбить, и Рей сам не понимал, откуда это чувство страха перед собой появилось в нём, но бороться с ним не хотел и не мог.
— Мне нужно с тобой поговорить, — наконец произнёс он и отступил на шаг назад.
Конрад с удивлением посмотрел на него. Тон Реймонда был необычно серьёзен.
Рей и сам не знал, как начать этот разговор.
— Мне нужно уехать, — наконец в лоб сообщил он.
В глазах Конрада появился страх.
— Мне нужно уехать, — повторил Рей, — и я не знаю, когда смогу вернуться сюда. Сначала в Женеву, потом в Париж. А потом, возможно, куда-то ещё. Но я не хочу оставлять тебя одного. Я вообще не хочу оставлять тебя. И я не знаю, как мне быть, потому что взять тебя с собой я тоже не могу. Я боюсь, что ты сбежишь.
Конрад молчал какое-то время.
— Я не знаю, сбегу или нет, — наконец признался он.
— А я не хочу проверять, — отрезал Рей.
— Я не хочу оставаться здесь, — Конрад сглотнул, — без тебя. Если ты поступишь со мной так, то я уж точно сбегу.
Рею на мгновение стало стыдно за то, что он хочет предложить, но он всё же продолжил:
