Ему стало неспокойно. Кому принадлежит эта машина, он не знал, но воспоминания о летней встрече выпускников были ещё достаточно свежи, чтобы Конраду не хотелось видеть в доме кого-либо ещё.
Рей вышел из дома, чтобы встретить гостя, и они обнялись.
Тут только по спине Конрада пробежал холодок — это был тот самый шатен, который вызвал коллапс.
Рей, будто услышав его мысли, поднял взгляд и безошибочно посмотрел Конраду в глаза.
Конрад стремительно отступил в тень, но Рей ещё задержал взгляд на его окнах, прежде чем пригласить Майкла в дом.
С Майклом Рею всегда было легко. И вплоть до последнего времени он не помнил случая, когда бы общество друга не радовало его. Они могли доставать один другого, подсмеиваться или даже угрожать, но Рей отчётливо понимал, что Майкл — его единственный настоящий друг, и действительно не хотел отталкивать его.
Когда-то давно это нежелание потерять дошло до того, что Рей позволил Майклу взять себя: это тоже выглядело шуткой, обычной пьяной блажью, и Рей не мог бы сказать, что ему так уж не понравился результат. Однако, как только понял, что подобная уступка лишь укрепит Майкла в мысли о его всемогуществе, Рей пускать того в свою постель перестал.
Сейчас он пригласил его в кабинет — разговор ожидался о делах — и надолго уединился с ним вдвоём. Вопрос о Конраде, вопреки обыкновению последних недель, не вставал.
Сам же Конрад не мог в последующие часы сосредоточиться на работе. Кошмары и без того не переставая мучили его, и фотографии, которые Рей дал ему для работы, стали причиной новой волны этих снов, а визит Майкла почему-то лишь усилил страхи, преследовавшие его.
Когда в конце сентября они с Реем всё-таки выбрались на пикник, он чувствовал себя рядом с «хозяином» уже достаточно свободно, но с самого утра его беспокоил сон, терзавший его каждую ночь, и, как ни старался, избавиться от тягостного чувства он не мог.
— Что-то не так? — спросил Рей, заметив его состояние.
Конрад молчал, поджав губы. Сказать главного он пока что был не готов.
— Зеркала, — выдавил он.
— Что?..
— Понимаешь, Рей, в моей комнате и в спортивном зале кругом зеркала. Они пугают меня.
Рей молчал, и Конрад понял это как предложение продолжать.
— Мне кажется, кто-то наблюдает за мной через них. Как это было там… в плену.
Рей, до того вольготно раскинувшийся на покрывале по другую сторону от корзинки с сыром и вином, сел и теперь так же, как Конрад, опёрся локтями о колени и с силой протёр пальцами глаза. Он долго молчал. Конрад и сам не знал, чего ждёт от него.
— Конрад, дело не в зеркалах, — наконец мягко сказал Рей и искоса посмотрел на него. — По всему дому установлены камеры. Я не буду говорить где, но они отслеживают всё, что происходит внутри.
Конрад вздрогнул и с испугом посмотрел на него. Захотелось отодвинуться, но шевельнуться он не смог.
— Я могу их отключить, — продолжил Рей, — но я не буду этого делать.
— Ты боишься, что я сбегу?
— И это тоже. Но по большей части они нужны лично мне.
Конрад молчал, и Рей продолжал.
— У меня много врагов, — он невольно коснулся кончиками пальцев шрама на щеке, — кто-то из них может попытаться проникнуть в дом. Я должен сразу же узнать, если это произойдёт.
Жест не ускользнул от внимания Конрада, и он потянулся к Рею, чтобы тоже очертить кончиками пальцев белую полосу.
— Что это?
— Результат беспечности, вот и всё. Решил на одну ночь отправить охрану домой.
Конрад кивнул и, пересев поближе, обнял его.
— Я бы хотел однажды слепить тебя, — сказал он, — у тебя очень красивое лицо.
— Может быть, потом.
Конрад помолчал и наконец после долгой паузы решился высказать то, что терзало его уже много дней.
Он снова сел и провёл руками по волосам. Затем сцепил пальцы в замок и опустил на колени перед собой.
— Рей, до того, как меня похитили… Я думаю, что ты знал, что я пришёл к работорговцам не сам… Так вот до этого случалось, что мужчины обращали внимание на меня.
Рей напрягся и потянулся было к нему, но заставил себя оставаться на месте.
— Их было несколько, и они были разными. Но меня не тянуло ни к кому из них.
Рей, слегка успокоившись, кивнул.
— Но потом… мне как крышу сорвало. Я влюбился в парня, с которым общался через интернет. Я знаю, что я идиот. Я был готов поехать к нему в другую страну, если бы только не обстоятельства… Практика, которой я очень ждал.
— Ты правда был готов? — Конрад не видел выражения его лица, потому что сидел спиной, но в глазах Рея загорелся тёплый огонёк.
