Вместо спокойного изучения вокруг этого феномена поднялся невероятный шум, накручивались самые фантастические истории: что они видят внутренние органы человека (проверяли – не видят); что видят сквозь дверь (проверяли – не видят, то есть ничего, кроме повязки). Естественно, на этом пытались делать деньги. Якобы можно видеть содержимое сейфов. В общем, глава этого «движения» вел себя, как опытный цирковой артист, и совсем не хотел, чтобы мы всерьез исследовали феномен.
Наконец, случилось то, что должно было случиться. Этими людьми заинтересовалась комиссия РАН по лженауке. Поскольку вызвать всех участников было невозможно (плевать они хотели на все комиссии), то обратились ко мне. И вот тут я понял, что такое инквизиция – не настоящая, а такая, как ее изображают в романах. Я пришел к академику как к собрату-ученому, потому что я ни секунды не верил в существование альтернативного зрения, но были факты, и мне было интересно их обсудить. Обсуждения не получилось, были декларации. Во-первых, этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Во-вторых, мы не умеем проводить исследования. Вот если он (академик) их проведет, то выведет всех на чистую воду.
Короткий разговор показал, что у члена комиссии просто отсутствовали минимальные знания о правилах проведения исследований на человеке, и если бы он их проводил, то счастьем было бы не то, что удалось что-то показать или опровергнуть, а то, что испытуемый выжил или не сошел бы с ума. Дальнейший разговор был очень интересным. Дело в том, что в статье, опубликованной по результатам обследования испытуемых, я был в числе соавторов, но со сноской, что я лишь обеспечивал методическую часть исследований, не имея отношения к выводам и рассуждениям. Это его возмутило: какая жалость! Вот если бы не эта сноска, он не оставил бы от меня живого места. Далее выяснилось, что еще до нашей встречи он отправил письмо академику Гинзбургу о том, что разговор со мной не дал результатов и я «упорствую» в лженаучных утверждениях. Больше всего меня удивило и возмутило то, что у «инквизитора» не было желания установить истину. Для него мир был черно-белым, необходимо раскрыть очередное «преступление» перед наукой. И когда оказалось, что преступления-то нет, вместо радости, что все в порядке, возникла сильная злость, что нет «дела».
Устроили обсуждение. Приехал только что получивший Нобелевскую премию академик В.Л. Гинзбург. Никто никого не слушал, были сплошные поучения. Участников не интересовали факты – каждый хотел показать свою правоту. Предлагались заумные и дорогие методы проверки, но никто не изъявил желание это сделать. На этом обсуждение и закончилось. Через некоторое время тогдашний вице-президент РАН академик Н.А. Платэ попросил меня все же провести экспериментальную проверку «альтернативности» этого зрения. Тогда мы и провели описанный выше эксперимент с фотопленкой. Все стало на свои места.
Другая история. В течение длительного времени широко обсуждались гипотетические биополя, излучаемые человеком. Кто-то верил в это, кто-то считал лженаукой. Академик Ю.В. Гуляев провел точнейшие исследования на самой современной физической аппаратуре и показал, что этих полей нет. Это положило конец всем спекуляциям. Учитывая сложность человеческого мозга и организма, в подавляющем числе случаев только прямое измерение, прямой эксперимент могут служить доказательством существования или отсутствия феномена.
Итак, на основе очень большого опыта исследований якобы паранормальных явлений мы ничего не обнаружили. Значит ли это, что пора, подобно французской Академии, отказаться принимать и рассматривать все сообщения об этих явлениях? Мое мнение: нет, так как они принципиально могут существовать. Возьмем, к примеру, заклинания. Можно ли изменить состояние объекта, не воздействуя на него? Не «потрогав» его? Немножко физики – те, кто не изучал квантовую механику, примите на веру. Те, кто изучал, извините за упрощения.
Один из основных постулатов квантовой механики заключается в том, что измерение изменяет состояние измеряемого объекта, причем необратимо (происходит редукция волнового пакета; это для тех, кто понимает). Чем меньше объект, тем больше изменение; и наоборот: чем он больше, тем изменение меньше. Для макротел этот эффект незаметен. Но очень важно, что он присутствует.
