Мозг против мозга. Mind vs brain полностью

Почему же она не принималась? Да потому, что ее постулаты перечеркивали хорошо известные законы классической физики. Электрон вращается вокруг атома – и не излучает! Нонсенс. Это противоречит всей электродинамике. И нужен был научный героизм Бора и других великих, чтобы выстоять и остаться на позиции, что существуют явления, не подчиняющиеся законам классической физики. Для нас с вами важно, что на первых порах, когда были созданы начала квантовой механики, особенно катастрофических несогласований с классической механикой не было. Лорд Кельвин назвал проблему излучения абсолютно черного тела, из которой все и произошло, «легким облачком» на небосводе законченной классической физики. В то время легко (но не креативно) было бы считать, что все может быть решено в рамках классики и пока просто непонятно, как именно. Кстати, до сих пор появляются теории, пытающиеся построить концепцию микромира с классических позиций.

Таким образом, при переходе из макромира в микромир понадобился переход от одних представлений о пространстве – времени, о воспроизводимости и т. п. к другим, от одной методологии к другой. Были созданы фундаментальные представления, то есть новый научный подход, который мы теперь считаем (по причине смены поколений) обычным, но который формировался в течение полувека, то есть далеко не сразу. Аналогичная ситуация была в физике мегамира, в теории гравитации и в теории движения тел с большими скоростями. Оказалось, что наше пространство, в котором мы живем, неевклидово! До сих пор происходит процесс ломки старых представлений и формирования новых. До сих пор не создано законченного объединения квантового подхода и физики Эйнштейна. Кстати, надо сказать, что сам Эйнштейн, нарушив концепции Ньютона, не простил такого нарушения квантовой механике и до конца дней так и не принял ее полностью.

(Аналогия не есть доказательство, но если бы я знал доказательство, то и книгу писал бы по-другому.)

Похоже, что ситуация в науке о мозге приближается к необходимости выхода за рамки сложившихся научных подходов. Довольно просто было бы пытаться следовать по пути заимствования аппарата квантовой механики. Однако мне кажется, что такой путь неперспективен. Многие пытались его пройти, но мало что получилось. Этого, в общем, и следовало ожидать. Аппарат, подход были созданы очень умными людьми для максимально хорошего описания определенных процессов и явлений, и нет оснований думать, что он подойдет к другому комплексу явлений. Это как, увидев дверь с новым замком, пробовать, не подойдет ли к нему один из висящих на колечке ключей от дома. В принципе, может и подойти, но вероятность ничтожна.

Предыдущие рассуждения не отрицают важность применения квантово-механических подходов и идей в нейрофизиологии мозга. Квантовая механика, в отличие от классической, еще далеко не закончена, поэтому многие ее результаты еще не до конца осознаются в смежных и далеких науках. В современной квантовой механике «разрешено» гораздо больше, чем мы можем предположить, исходя из ее университетского курса. Даже применение уже установленных квантово-механических концепций может объяснить многое из пока непонятого в мозге, причем не на уровне объяснения какого-либо эксперимента, а на концептуальном.

Так, например, мы обычно предполагаем, что малое возмущение вызывает малые последствия, а в квантовой механике крайне малое действие может вызвать значительные последствия. Создана теория таких эффектов. Другой пример, довольно известный. В квантовой механике интересно сочетаются детерминированность и неопределенность. Волновая функция подчиняется уравнению Шрёдингера (24), и поведение частицы с точки зрения описания ее волновой функции детерминировано, но взаимодействие с прибором вносит неопределенность. Таким образом, абсолютно детерминированное поведение частицы становится статистическим при попытке проследить за ней. А значит, действия экспериментатора и даже его намерения(!) меняют свойства объекта. Вообще сейчас в среде физиков, занимающихся теорией поля, квантовой механикой, бытует уверенность, что хороший теоретик может объяснить любое наблюдение, каким бы необычным оно ни казалось. Однако никаких гарантий того, что при исследовании мозга мы не выйдем за рамки современных представлений, нет.

В трудах отечественных ученых довольно хорошо (хотя, конечно, далеко не полностью) изучен нейрон – своеобразная «материальная точка» мозга. Мозг же представляет собой совокупность миллиардов нейронов. Таким образом, мы имеем объект, поведение которого даже с точки зрения классической физики может коренным образом отличаться от поведения его составляющих. При этом необходимо учесть связи между нейронами. «Материальные точки» серьезно взаимодействуют, каждый элемент находится в определенном состоянии; поведение всего мозга в целом существенно зависит от каждого нейрона. Насколько я знаю, такие модели математически полно не исследованы.