Мрачные тайны полностью

— Преступления легче всего раскрыть по горячим следам, и, конечно же, мы делаем все от нас зависящее. Мы по-прежнему ждем результатов анализов и улик, которые могут приблизить нас к разгадке.

— На что вы сейчас рассчитываете?

Вопрос задала Эллен — сейчас она была в кадре.

Андреас осторожно посмотрел на нее. Она игнорировала его озабоченные взгляды.

— Я жду, что будут находки и сигналы от населения, которые поведут нас в верном направлении. Если это не человек с нарушениями психики, есть шансы, что его начнут мучить совесть и раскаяние, и тогда легко начать совершать промахи, которые могут вызвать подозрения, например, у соседей. Важно, чтобы общественность помнила об этом и информировала нас — лучше обратиться лишний раз, чем вообще ничего не сообщать.

— Поступили ли какие-нибудь релевантные сигналы?

— Сигналы постоянно обрабатываются, однако пока мы не получили никакой ценной информации.

— Нужно ли людям, живущим в этой местности, чего-то опасаться?

— На такой вопрос трудно ответить. Мы не хотим создавать панику. С другой стороны, где бы вы ни находились, лучше быть внимательным и осторожным.

— Отлично! — сказал Андреас. — Заметила, как я показал крупным планом бородавку у него на подбородке?

Он рассмеялся.

— Тьфу, ерунда какая-то. Ничего нового. Посмотрим, захотят ли они включить отснятое в вечернюю программу. Пусть Интернет пока займется этим делом. Мы должны проверить версию по поводу детей.

Эллен задумалась, что навело полицию на этот след — если, конечно, все это не слухи, поскольку подтверждения она пока ни от кого не получила.

— По-моему, злые дети — это очень страшно, — проговорил Андреас.

— Дети не злые. У тебя у самого дети. Как ты можешь так говорить?

— Ты же любишь смотреть фильмы ужасов — сама знаешь, какими жестокими они бывают.

Он провел ладонью по своей бритой голове.

— Именно — в фильмах ужасов. Мне не нравится, когда понятие «зло» используют всуе, особенно если речь идет о детях. Зло — это такое слово, которым мы размахиваем, чтобы всем полегчало. Все ищут ответы, ищут, кого обвинить, чтобы как-то жить дальше после того, что произошло. Зло есть в каждом из нас — и еще масса факторов, заставляющих людей совершать подобные поступки. Нет черного и белого.

— Ну, даже не знаю. Могу только привести в пример «Кладбище домашних животных», «Повелителя мух», «Сияние». Мог бы назвать гораздо больше.

— Фильмов, ну да.

Жара все еще не отступала, хотя уже вечерело. Стоило Эллен пробежать несколько сотен метров, как пот выступил по всему телу. В наушниках на полную мощность играла музыка, почти на грани болевого порога. Она изо всех сил старалась сосредоточиться на текстах песен, чтобы мысли не унеслись в ненужном направлении. Иногда даже подпевала. Во все горло. Здесь, на пустынных дорогах, ее все равно никто не слышал.

У нее был длинный день, после которого нужно проветрить голову. Интернет перезвонил ей и подтвердил, что сообщения отправлены из «Культурума». Из библиотеки. Может быть, это та девчонка, с которой она там столкнулась? Но зачем бы ей их посылать? Выбор слов наводил на мысль, что писал взрослый. Что-то тут не сходилось.

Эллен побежала в сторону карьера, рядом с которым находился маленький пляж. Как же давно она не бывала там! В детстве они часто ездили туда на велосипедах, хотя и знали, что карьер — опасное место для игр и может превратиться в смертельную ловушку, если они упадут и огромные массы гравия осыплются сверху в песочную яму, похоронив их под собой.

Прибавив темп, она стала отмахиваться от мух и других насекомых, ударявших ей в лицо. Пробежала мимо свинарника и хранилища горючего, удивляясь тому, как быстро привыкла к запаху. Вокруг, сколько хватало глаз, не было ни души. Вечернее кормление животных закончилось. Фермеры и их работники наверняка уже улеглись спать, поскольку завтра им рано вставать.

Оставив позади постройки, она побежала по гравиевой дороге — мимо полей, вглубь леса, вдыхая запах сухой древесины и свежескошенного сена.