– О'кей. Так вот, этот ваш приятель наменял у меня кучу монет и отправился звонить. Следом зашли те двое. Я-то думал, что парень хочет обзвонить все номера из телефонного справочника, но после короткого разговора он вышел из будки и юркнул в сортир. Минуты через три один из этих придурков сказал: «У бедняги понос, иди взгляни, что там». Тот пошел. Через секунду вылетает из сортира и вопит во всю глотку: «Смылся!» Они сорвались с места, как гончие псы, и рванули к выходу. Тут все посетители за животы схватились. Минут пять стоял гогот. Правда, эти придурки забыли заплатить за пиво, но черт с ними! Зато повеселились. Ваш приятель хохмач!
– Это точно.
Я дал бармену пятерку и сказал, что мы с ним в расчете. Он не мог принять такого вознаграждения и приволок еще одну рюмку с джином.
– Ты раньше не видел этих типов?
– В шляпах? Нет. Они сели в красный «Шевроле» с белыми ободами на колесах и умчались.
– Они похожи на копов?
– Нет. Они похожи на тех, кого копы ищут.
– Я так и понял.
Когда бармен вернулся к стойке, я достал конверт, оставленный Риком, и распечатал его. В нем было несколько фотографий. На каждой из них в верхнем правом углу стоял маленький штамп: «Фотолаборатория Мегильмера». Ничего удивительного в этом не было. Рик воспользовался чужой лабораторией, чтобы сделать отпечатки, как иначе он мог сделать фотографии в чужом городе.
Первая фотография была сделана возле причала. Я узнал это место. Там я уже бывал. Рик снимал из-за какого-то укрытия. Левая сторона снимка осталась смазанной, как будто камеру высунули из-за угла дома или будки, что больше походило на правду. Шагах в десяти от объектива находилась группа мужчин. Один стоял спиной к аппарату, второй с ящиком в руках переходил на эту яхту. Возле трапа стояло еще несколько коробок. Третий склонился над грузом и тоже собирался поднять ящик. Четвертый стоял лицом к объективу, и его лицо отчетливо запечатлелось на снимке. Я знал этого человека под именем Джек Юджин. Мы с ним встречались дважды. Первый раз в кабинете Хоукса, второй раз в яхт-клубе. По утверждению Эмми, этот человек имел еще одно имя – Сирато Пако. Наркоделец, в сороковом году получивший пожизненное заключение. Архивные снимки из газет подтверждали это. Юджин разговаривал с человеком, стоящим рядом с ним, положив ему руку на плечо. Этого типа я помню. Мексиканец с бородой. Его я встретил на этом же причале, когда осматривал яхты. Лодочник называл его Джо Бойло и утверждал, что он родственник хозяина яхт-клуба. Рик сделал отличный снимок, но риск был безрассудным. Я перевернул фотографию и прочел надпись, сделанную рукой Рика: «Сирато Пако отправляет товар. Через полчаса яхта выйдет в море. Сирато и бородач уйдут в гараж».
Следующая фотография выглядела странным образом. Рик сфотографировал стену дома, стоя на противоположной стороне улицы. На снимке отчетливо просматривалась табличка «Зельд-Корнер-стрит, 15» и железные двухстворчатые ворота на фоне кирпичной стены.
С обратной стороны стояла подпись: «Сюда вошли убийцы, но главное внутри». Это главное было изображено на следующем снимке. Фотография получилась не очень качественной из-за слабого освещения. Но все равно на ней можно безошибочно определить все предметы, попавшие в объектив камеры. Крытый гараж, где стояло несколько машин. Я мог видеть только четыре, остальные в кадр не вошли. Джек Юджин садился за руль белого «Кадиллака», бородач уже сидел на переднем сиденье. Слева от «Кадиллака» стоял «Бьюик» сорок седьмого года выпуска, справа – светлый «Кадиллак» с откидным верхом. Несомненно, что Рик принял эту машину за «Кадиллак» Лин. На черно-белой фотографии определить такие тонкости невозможно, но Рик находился там и видел все в цвете.
Я перевернул снимок и прочел комментарий фотографа: «Вот она – иголка в сене! Но Лин в ней не оказалось. Убийцы поехали на свою виллу».