— Ага, а сначала говорил, что вообще не служил! — Ксюша снова ткнула меня кулаком в бок. — Вот и как мне тебе верить?
— Не помню, чтобы я от тебя этого просил — с кислой рожей пробормотал я. — И вообще, я как-то уже обмолвился, что был грешок, поносила судьба по всякому.
— Но сначала же соврал! — Не успокаивалась секретарша.
— Так! Мадемуазель! — Рявкнул Папай. — Если вы планируете каждую мою фразу перебивать, я лучше этого персонажа вызову к начальству и там с ним поговорю! Только ради него же и решил заранее обкашлять!
Ксюша тут же сдулась. Не умеет она, когда на нее голос повышают. А мой старый товарищ продолжил:
— Короче, есть идея предложить тебе место у нас. Тут же гражданских уже за двадцать тысяч только в нашем городке, причем, в основном женщины, дети, да старики. А нас и тысячи не наберется, а их надо и защищать, и кормить, и одевать. Может быть, даже не рядовым поставят. Сам понимаешь, тесты-шместы, психологи. Прикинь, реально психологи есть. Наши-то все сразу при пиз…. При звиздеце, в смысле, растеклись, как понос сквозь пальцы, но ничего, из местных набрали, вполне себе способные. Оружие только на дух не переносят, один даже икать сразу начинает, но мы их вдалеке от ЛБС* держим, как-то справляются. Хотя отцы-командиры, конечно, когда их видят — скрипят зубами на весь ППД, мол, с какими убогими приходится работать. Так о чем это я…
— Что место мне предложить кто-то хочет.
— А, да! Так вот! Если все тесты пройдешь хотя бы на “уд”, могут сразу и сержевские погоны налепить!
— Вот радость-то — буркнул я — и содержание в семьсот сорок рублей, поди, обеспечат?
— Да хоть во все рубли мира, кушай, не обляпайся! — Папай даже взмахнул руками. — Кому они нужны-то, бумажки эти еб… сра… Бумажки эти, короче! Но на довольствие поставят, жить будешь хоть и по уставу, но зато в тепле, сыт, здоров и нос в табаке!
— Очень, конечно, привлекательно. Папай, конь ты шахматный, это ты вольной жизни не видел, а я-то успел пожить. И мне сейчас под ваш устав запрягаться снова — это ну совсем не в жилу. — Обронил я, не поднимая головы. Отчего-то было как-то стыдно. — И это даже не считая, что я тут вообще-то не на экскурсии. Я домой еду.
— Да куда ты едешь? Кому ты нужен? — Искренность и прямота неприятно резанула. — И, если уж откровенка пошла, разве тебе кто-то нужен? Я тебя, конечно, давно в лицо не видел, но что-то мне подсказывает, что не сильно ты поменялся.
— Хорош! — Я рыкнул, даже не пытаясь сдержаться. — Тоже, что ли, в психологи подался? Можешь свое мнение на этот счет написать на бумажке, а дальше сам знаешь, что с ней сделать!
— Да-да, свернуть трубочкой и засунуть туда, где никогда не светит солнце. Мрак, ну правда…
— Я Кирилл!
— Кирилл, ну правда. — Он даже не сбился с тона. Все-таки, не прав я был, даже этот чудик повзрослел и научился играть в жизнь. — Куда ты собрался? Вся Сибирь и ДВ навернулись, даже наш солнцеликий командир уже, кажется, не верит, что все вернется, как было. Это новый мир, брат. И жить мы в нем будем по-новому, уж прости за пафос. Мир, где твой опыт пригодится, а у нас ты реально сможешь быть полезным и нужным. Тут ты нам пригодишься, а мы пригодимся тебе, у тебя будет надежный тыл. И даже прикроем тебя от некоторых особо любопытных персонажей в красивой городской униформе…
— Что? — Я вскинул глаза, рука сама скользнула к поясу, где, конечно, не было уже привычной кобуры. — Что ты знаешь?
— Брат, успокойся. — Мне на плечо легла рука, которую очень захотелось сломать. Но сдержался, конечно. — Командир поделился, что фэйсы ищут кого-то, подозрительно похожего на тебя, но ты же знаешь, как мы к ним относимся. Срать на их пожелания с высокой колокольни. Вприсядку и с задорными песнями. И ты не подумай, что мы тебя так к себе тащим, ни боже мой! Если ты сейчас даже прострелишь мне яйца и уедешь в закат со своей принцессой, принципиально тебя никто из наших не сдаст.
— Про яйца ты очень кстати сказал, чего-то такого мне и хочется, когда слышу, как ты разговаривать научился. Может, тебя подменили? Где тот придурошный Папай, который из всех русских слов знал только “жрать”, “курить” и “еще”?
— Хаха, очень смешно. Мра… Кир, прошла уже херова гора лет. Я тоже умею взрослеть, оказывается. И жизнь — та еще сложная хрень, и медведя заставит на лисапеде кататься, не то, что я.
— Да не неси чушь. — Поморщился я. — Не жизнь сложная, а люди. Жизнь-то простая, увидел мамонта — убил, сожрал. А вот мы наворотили дел. Ну да не суть. Ты уж не обессудь, но мимо кассы предложение. Я еду домой. Как минимум, у меня там родственники и друзья.
— И Алиса — тихо и ядовито прошелестело сбоку. Но это я проигнорировал, ибо не знал как реагировать.
