Спустя минут пять разговоров и убеждений, она все же направилась за мной. И, в общем, почти не замедлила темпов моего движения, лишь раз попросив остановиться, хотя, ради справедливости — она шла по прямой, а я метался по широкой синусоиде в поисках удаленных постов, правда, безуспешно. Но привычка брать на все время с запасом сработала на пользу и сейчас — добрались засветло и до темноты я даже успел обойти деревню кругом, петлями прошмыгнув по самым опасным на мой взгляд местам. И никого не нашел, отчего до сих пор пребывал в недоумении. Потом засел в лесочке у окраины, в точке с удобным обзором на всю деревушку, пристроил тут же Ксюшу и занимался наблюдением. Дело это было чудовищно скучное — после наступления темноты жизнь в поселение замерла, лишь бродил один сторож, нагло нарушая все правила устава гарнизонно-караульной службы — он постоянно курил, отходил в лес для справления нужды (чем ему не угодил туалет непонятно, но, наверное, так романтичней), иногда усаживался на табуретку около моей бывшей темницы, а около двух часов ночи и вовсе сходил в дом и вышел оттуда с подносом еды, устроив себе пикник на природе. Причем, сделал это буквально в сорока шагах от нашего лежбища, на самой опушке. Был сильнейший соблазн убрать его уже сейчас, но я себя остановил — и рано еще, может, у них проверка как раз посреди дежурства, и шуметь не хотелось. Тот же хлопок из ПСС вполне могут услышать в доме, если кого мучает бессонница, нож кидать — без гарантий, а подойти по лесу не хрустнув веткой — это не ко мне, я ж не Винни Ту, вождь апачей. Поэтому так и сидел, носом втягивая очень аппетитный запах жареной картошки.
Около четырех часов ночи я решил, что никто уже его проверять не будет и пора действовать. Дождался, когда этот недосторож уйдет на дальний край полянки, как мог тихо подобрался к опушке в месте, куда он ходил отлить, и притаился. Сюда он не заходил давно, так что скоро должен вернуться в помеченное место — судя по прежнему наблюдению, в течение ближайшего получаса. И он не подвел, еще раз прогулялся вдоль домов, присел на стульчик, посидел минутку и направился в мою сторону. Я напрягся и осторожно выпрямился за стволом широченной сосны. Каждый раз он останавливался примерно в одном и том же месте, но там были совсем молодые деревца, за которыми не укроешься, поэтому я выбрал сосну метрах в трех, удачно растущую сбоку от стихийного нужника. Мужик подошел, напевая какой-то заунывный мотив, и завозился с застежками на штанах, расположившись ко мне строго боком. В этот раз он почему-то сменил позицию — я рассчитывал, что он будет ко мне спиной, но так тоже неплохо.
Отклеился от дерева и, коротко размахнувшись, отправил в полет свой любимый нож Катран-1С, который достать было сложнее, чем огнестрел. Нож не подвел и в этот раз — вошел в висок как по маслу. Одна из причин, почему я его люблю, помимо хорошего качества стали и удобной ручки — он реально тяжелый. Кто скажет, что эта серия вообще-то не предназначена для метания — тот будет абсолютно прав, но по секрету могу поведать, что даже саперные лопатки в умелых руках летают как надо. Вообще, Катраны, вся серия, даже охотничьи — самые удобные из бывших в моих руках, а за счет веса при метании пробивают каску старого образца. Правда, надо привыкнуть к смещенному центру тяжести, но это дело времени.
Неудачливый сторож начал оседать назад, я подскочил и успел придержать его, смягчив падение. На всякий случай, проверил пульс — нет, идет к нитке, как и следовало ожидать. С такой дырищей в голове сложно придерживаться нормального сердцебиения. Посидел еще с минутку, дождался, когда точно пропадет пульс, и вытащил нож, тут же вытерев его об одежду покойника. Ну вот, уже минус один у ублюдков, а вечер только начинается.
Со стороны леса раздалось какое-то шебуршание и я метнулсявбок, а потом к оставленной лежке. Но тут все было почти в порядке, просто мадам секретарша изволили блевать. Безумно захотелось понудить, вроде «а я тебе говорил, бестолковая твоя голова — сиди в машине, будешь целая и невредимая!» А сейчас и потная вся от пробежки, и вон, весь ужин извергла из себя. Зря только целую банки тушенки потратили… Но сейчас явно было не лучшее время и место для подобных диалогов, поэтому я только похлопал ее по плечу и направился в сторону ближайшего дома.
Былая ненависть ко всем, здесь живущим, понемногу сошла на нет, осталась лишь к двум персонажам — Феоктисту и Васильку. Вот они-то мне сейчас и нужны в первую очередь. Изначально я планировал их вытащить, а остальных или прирезать тихонько, или дома поджечь, но сейчас остыл и вырезать всю деревеньку казалось уже явным перебором. Потому что… Потому что. Я, может, и злой, но отходчивый. Следственно, надо посетить только второй дом — заранее у Ксюши спросил, кто где обитает, и очень кстати оказалось, что и Феоктист, и Василек бытуют в одной избе и, вроде как, только вдвоем.
