Я от этой мысли засиял. Чувствую новые перемены в своей жизни: новый паспорт, другая галактика, иная жизнь. Как-то даже поверить во все это не могу.
Мне понравилась эта идея. Особенно понравилось, что улечу туда с Софией.
– Да, – кивнул я, почувствовав, что краснею, – отличная идея!
Внутри неожиданно пробудилась сонливость. Глаза закрывались, спина начала ныть, сидеть было уже неудобно. Тут же захотелось лечь спать и больше ни о чем не думать.
– Ладно, – я сильно зевнул, после чего зевнула София, – я лягу посплю.
– Я тоже, – согласилась София, – подремать чуток нужно.
Мы одновременно поднялись с кресел. Я заметил, что София почти такого же роста, как и Аня. София села на койку и, как Феодосий, легла на нее, продолжая зевать. Я проводил ее глазами и, присев на третью койку, которая, к счастью, была рядом с Софией, сказал девушке:
– Спокойной ночи, Софи. Спасибо тебе за ту информацию. Я бы не успокоился до тех пор, пока все бы не выяснил.
– Ха-ах, не за что. Тебе тоже приятных снов, – улыбнулась мне София.
Девушка повернулась набок, ко мне спиной и уснула. Я напоследок посмотрел на иллюминатор и, улыбнувшись планете, похожей на Сатурн, закрыл глаза. Когда их закрыл, тут же в глаза упала тьма.
– Просыпайся!
Эти слова громко прозвучали в голове. Я тут же открыл глаза и увидел перед собой бодрого Феодосия. Немного отойдя от сонного состояния, я присел и услышал шум со всех сторон, крики и глухие шаги в коридорах.
Странные картины меня преследовали во сне. Полный бред, и я теперь без понятия, что это: просто сон или новое необычное видение, схожее с тем, какое я видел на Титане. Поначалу я видел образ злобной и командующей Анны, после картина ядерного взрыва на планете с багровым небом, бомбы, падающие на мраморный дворец, плавающие трупы в океане, к Петру приставал карлик с горбом и огромным тюрбаном на голове, и как я сам полетел на Титан за ответами. Все это меня сильно запутало и заинтриговало одновременно. Неужели это реально сбудется?
Значит, война начнется…
Поднявшись с койки, я почувствовал сильную бодрость. Сил удалось мне набраться, чему я был счастлив.
София уже сидела на кресле и приготовила раскидной столик. Увидев меня, она улыбнулась, слабо покраснев. Плащ сняла с себя и была одета в черную толстовку.
В коридоре еще пронзительней шумели громко иностранцы, прохладный женский голос по громкоговорителю сообщал что-то пассажирам на другом языке.
– Что такое? – не понял я, – зачем ты меня разбудил? – обратился к Феодосию.
– Стюардесса объявила, что сейчас ужин начнется! – объявил парень.
– А, ну это отлично! – радостно сказал я.
На этот раз я сел рядом с Софией. Сам не понимаю зачем, но меня тянет к ней. На ее примере тоже приготовил раскидной столик. София скрестила пальцы на руках в замке и спросила меня:
– Как спалось?
– Нормально, – бодро ответил я.
Феодосий сел рядом с нами и, чувствуя себя третьим лишним, приоткрыл лобовое окно возле двери купе. К окну подъехала огромная тележка, которая напоминала своим видом пылесос. На боковой стороне тележки был прикреплен экран, где горела надпись: "МЕНЮ НА УЖИН". Возле этой тележки стояли две стюардессы. Одна обратилась к соседнему купе, говоря что-то на незнакомом языке, а вторая заглянула к нам, накинув на лицо приторную сладкую улыбку:
– Добрый вечер, чего желаете? – стюардесса поднесла к нам длинный тонкий планшет, где было изображено меню.
– Ох, – вздохнул Феодосий. Юноша взял планшет и пролистал пальцем меню, говоря задумчиво: – вот ножку этой утки и чай.
На экране тележки-пылесоса высветилась надпись: "УТКА ПО-МАРСИАНСКИ/ЧАЙ". Вскоре из узкой щели вылезла целлофановая тарелка с ножкой птицы, натертой медом и различными специями. Она была горячей, свежей, очень приятно пахла. У меня начали течь слюни из-за ее аппетитного вида и приятного сладкого запаха.
Стюардесса вытащила тарелку с ножкой утки и огромную стеклянную чашку чая и вручила ее Феодосию. Затем она протянула планшет мне.
С трудом взял планшет. Тот был таким тяжелым, что я его чуть не выронил из рук. Стараясь держать крепко, я начал листать меню. Меню было очень длинным, я листал все время вниз, пытаясь добраться до самого конца, но палец заболел и я решил взять то же самое, что Феодосий. Сочная ароматная ножка меня запечатлела.
– Тоже захотел? – засмеялся тот, грызя зубами мясо по сторонам.
– Ага, – кивнул я, и стюардесса дала мне в руки порцию.
София, в отличие от нас, взяла обычную кашу и молоко. Стюардесса пожелала нам приятного аппетита. Тележка направилась к шумным соседям, которые никак не могли успокоить своего ребенка. Феодосий за минуту съел всю порцию. Выпучив живот, парень начал вздыхать, жадно вылизывая остатки специй на пальцах:
– Как вкусно!
Я тоже быстро съел всю порцию, сам даже не заметив этого. Жуя каждый кусочек мяса, я словно угодил головой в иное измерение.