Алькор отскочил, наблюдая за предсмертной агонией дракона, который лишь открывал пасть. К счастью, он не проронил ни звука лишь оскалился, приблизив голову к Алькору. Тот сделал несколько шагов назад и напрягся, беря под контроль потоки.
Смерть дракона мучительная и долгая. Он пытался, поднимался на лапы и падал обратно, тихо порыкивал и медленно моргал. Дышал все тяжелее и упал навзничь, не выдержав давления магии, которые полностью контролировал Алькор.
Сердце остановилось.
Действовал теперь он быстро. Вынул из груди кинжал, отчего горячая кровь брызнула на тело. Кровью мертвого дракона, Алькор чертил пентаграмму и постоянно косился на ночное небо. Нужно вернуться до рассвета. Начертив, Алькор встал, повел плечом от холода и подошел к дракону.
Теплая кровь согревала руки, а кости царапали кожу. Сердце, размером с книгу, дрожало в его руках, будто еще живое, теплое и мягкое. Алькор сел в пентаграмму и, окропив ее собственной кровью из небольшого пореза, укусил. Мягкое, влажное и теплое, сердце было отвратительно на вкус. Его было много. Он ел и ел, чувствовал подкатывающую к горлу тошноту, но лишь сглатывал и вновь кусал, чувствуя, как кровь стекала по подбородку и животу. Потоки вибрировали, края пентаграммы жгли и Алькор чувствовал сытость, магию, которая наполняла тело. Казалось, еще немного и он лопнет. Но этого не происходило.
Тяжело дыша и пережидая головокружение с тошнотой, Алькор медленно встал. Дело осталось за малым.
Учитель проснулся на рассвете. Алькор слышал, как тот перевернулся с одного бока на другой, вздохнул и сел. Он еще вчера сказал, что поехали они ненадолго. Значит, сегодня уезжали обратно, вновь на повозке.
− Ты уже проснулся? – сонно спросил учитель и сел рядом. Выглядел он помятым и невыспавшимся, но Алькор уверен – за ночь тот ни разу не просыпался и не выходил из пещеры.
Он улыбнулся широко, чувствуя, как эмоции бушевали, требуя убить кого-нибудь. Потоки откликались на его жажду и тихо гудели, что учитель не мог не заметить. Но он промолчал, лишь посмотрел на ягоды, лежащие на большом листе.
− Я привык просыпаться рано, − пожал Алькор плечами и указал на ягоды. – Угощайтесь. Мне было скучно лежать, поэтому я погулял по лесу. Собрал еще много трав для Вереска. Вы же знаете, как он их любит.
Вереску действительно будут приятны его подарки. Только вез он не травы и не ягоды, а что-то более ценное. Однако учителю знать об этом не стоило. Он мог просто верить в то, что сумка набита травами.
❦❦❦
− Алькор?
Вереск выглядел сонным и беззащитным, вытирая заспанные глаза, со следами от подушки на щеке. Алькор наблюдал за ним с мягкой улыбкой, сидя на краю кровати. Сегодня не было уроков и друг, как всегда, спал почти до обеда. Эту маленькую слабость Алькор ему прощал и часто будил перед обедом.
Похоже, без него Вереск даже на обед не проснулся.
− Я вернулся, − тихо сказал он и погладил Вереска по волосам. Знал, что после сна тот чувствителен к громким звукам. Знал и то, что улыбка, подаренная ему, была самой искренней и прекрасной.
Вереск лег на спину и рассматривал его, все еще сонно щурясь. Однако секунда и брови сошлись на переносице. Злой Вереск тоже был прекрасен.
− Что ты сделал?
Алькор усмехнулся шире и наклонился, прислоняясь своим лбом ко лбу Вереска. Теплый.
− Ничего незаконного. Я просто сделал себя сильнее, − спокойно ответил он, отодвинулся и усмехнулся жестко. – Я убил дракона, дорогой. Я стал всесильным. Не стоит переживать, − успокоил Алькор и навалился на взбрыкнувшего друга. – Все прошло хорошо, и никто ни о чем не узнает. Ну же, не хмурься, лучше скажи, как гордишься мной.
Она смотрела на бледных, дрожащих людей, которые бегали по комнате. Их движения резкие, взгляд то и дело скользил по ней и молчаливому Вьерну, стоящему в стороне. Люди их боялись до паники.
Тера помнила, как Илзе привел их однажды и почти кинул к ее ногам. Удивилась тогда она сильно, но не показала. Лишь равнодушно смотрела на дрожащих мужиков, которые стояли на коленях и рыдали. В тот момент Тера подумала, что Илзе привел к ним еду и была немного раздражена. Такие у них шли плохо – после болел живот. Они обычно много пили, за здоровьем не следили и в них больше жира, чем мяса.
Однако Тера оказалась не права. Перебивая рыдающих от ужаса мужиков, Илзе сказал, что они торговцы, которые занимались созданием мебели и обустройством дворцов. То было даже забавно. Тера тогда забавлялась, чуть кривилась от раздражения, потому что люди не прекращали умолять пощадить их.
Вот уже некоторые время они бегали по дворцу и таскали мебель, приносили шкуры животных и подсвечники. Тера не знала, откуда они это брали, но вопросов не задавала. Дворец, ее дом сейчас оживал и становился более уютным. Вместе с приведенными человеческими мужчинами ходили и ее подчиненные, которые носили тяжелые кровати или камни, контролировали людей. Те похудели, хоть и ели нехотя, разговаривали заикаясь и монстров сторонились. Разговаривали лишь с Илзе или через него, жались друг к другу.
