Катарина недовольно поджала губы и вновь перечитала письмо. У Илзе не хватало денег? Он сказал, что жил в деревне, значит, работал руками и скорее всего мучался. Катарина видела издалека людей из деревни, их грязные руки с грубой кожей и темной кожей. Уродливые, грубые – это не место для ее прекрасного, умного Илзе.
От одной только мысли о том, что ее любимый там мучался, становилось дурно. Выдохнула судорожно и задумчиво прикусила губу. Что же ей делать? Пожевав губу, Катарина достала чистый лист бумаги, чернильницу с пером и принялась писать ответ. Замирала порой, подбирая слова, потом вновь писала. Наверняка ему сейчас сложно. Ее прекрасный Илзе, который создан для любви и красивой жизни сейчас страдал. Не голодал ли он там? Вдруг, его обижали? Илзе намного красивее многих мужчин и те могли ему завидовать, а нахальные девицы пытаться забеременеть от него.
Подавив злость, Катарина медленно выдохнула. Илзе всегда любил только ее и ни что это не изменит. Просто им следовало быть осторожнее. Если брат узнает о том, что Илзе жив… Катарина не представляла, что тогда будет. Наверняка брат в покое их не оставит и в конце концов убьет Илзе, а ее свадьбу ускорит.
В конверт положила сложенное вдвое письмо и, немного подумав, вложила чек. Катарина жила у Миель, поэтому вопрос денег не стоял так остро. Да, Илзе деньги требовались больше. Катарина в крайнем случае могла написать брату, немного приврать и получить еще денег.
Да, Илзе не должен страдать.
Поставив печать, Катарина подписала конверт и встала. Спрятала письмо от любимого между страниц книги, чтобы Миель или Руфус не нашли. Вышла из комнаты и пошла обратно в гостиную, где сейчас ее ждал гонец.
Посмотрела на мальчишку и передала письмо через Руфуса, не желая прикасаться к грязному, чужому телу.
− Доставь его как можно скорее.
− Будет исполнено, госпожа.
Катарина смотрела в окно, как оборванец вышел за кованные ворота и спрятал конверт в грязную одежду. Скривилась. Она не доверяла этому мальчишке, потому что такие обычно становились воришками и продавали последнее за корку хлеба, однако другого способа связаться с любимым не было. Илзе не говорил, где сейчас живет, повторял постоянно, что боялся за нее. Катарина уважала его выбор и надеялась, что в следующий раз у нее будет возможность узнать, где сейчас любимый.
Отбросила распущенные волосы за спину и улыбнулась. Отошла от окна и, тихо напевая себе под нос, вышла из комнаты. Нужно сходить к ювелиру и заказать украшение. Да, украшения прекрасно смотрелись на Илзе. Он любил драгоценные камни, особенно прозрачные бриллианты. Можно подобрать парные украшения, например, серьги или браслеты, чтобы они стали еще ближе. Чтобы нахальные, деревенские девицы к нему не приставали.
− Сестренка Катарина?
Катарина замолчала и посмотрела на побледневшую, осунувшуюся Миель в темном платье, расшитом черными кружевами. Она все еще не оправилась от смерти тетушки. Похороны прошли несколько дней назад, но Миель до сих пор надевала темные платья и носила на могилу каллы из сада. К счастью, брат не прислал к ним няню или другую дальнюю родственницу, лишь написал письмо, в котором приказал Руфусу приглядывать за ними.
Сейчас Миель выглядела хрупкой и очень уязвимой. Ее было даже жаль.
− Как ты себя чувствуешь? – спросила Катарина, смотря на сестру обеспокоенно.
Из-за смерти тетушки Миель несколько дней не выходила из комнаты и плакала. К счастью, сейчас она часто гуляла в саду. Горничная Миель жаловалась, что та ела плохо, потому теперь они завтракали, обедали и ужинали вместе. Катарине это не очень нравилось, но здоровье сестры было важнее. Потерять ее по такой глупой причине не хотелось.
− Мне лучше, спасибо, − тихо ответила Миель и посмотрела на стоящую за спиной Катарины горничную. Нахмурилась. – Ты отправила ему письмо?
Катарина скривилась. Поджала недовольно губы, смотря на Миель и с трудом сдерживала раздражение. С прошлого раза они не поговорили нормально. Миель раз за разом злилась, вскидывала подбородок и говорила много плохого про Илзе. Ее прекрасного, любимого Илзе, который сейчас где-то в деревне скрывался от ее семьи и голодал.
Верила в ложь, которую сама придумала.
Выдохнув медленно, Катарина натянуто улыбнулась.
− Тебе не стоит об этом беспокоится, − ответила Катарина и подошла к Миель. Погладила ее по волосам, убранным в тугие косы. – Прошу, отдохни немного. Скоро будет обед.
