Нинни и Лакхи осторожно обошли холм и увидели ложбину, голую, лишённую всякой растительности. За ложбиной был ещё холм, чуть ниже первого. Остановились. Прислушались. Нинни держала наготове копьё, Лакхи — железную стрелу на тетиве.
Вдруг девушкам послышалось, будто по ту сторону холма кто-то кашлянул. Потом они уже отчётливо услышали ответный кашель. Нинни подтолкнула Лакхи. Они переглянулись, и обе поняли: «Это не звери!» В горле стало сухо, перехватило дыхание.
— Тут кто-то есть, — едва слышно произнесла Лакхи.
Нинни взглядом приказала ей молчать.
Некоторое время они неподвижно стояли. Потом Нинни сказала шёпотом:
— Это ветер стукнул веткой о ветку, вот и всё.
Лакхи отрицательно мотнула головой и сказала:
— Пошли назад!
Нинни тоже испугалась, но ей стыдно было признаться в этом, и она упросила Лакхи подождать ещё немного. Однако ждать не пришлось, — девушки услышали конский топот, лёгкое покашливание и замерли от страха.
Но Нинни тут же овладела собой. Сдвинула брови и ещё крепче сжала копьё. У Лакхи тряслись руки, дрожали губы.
— Это всадники! Бежим, спрячемся! — тихо просила Лакхи, запинаясь от страха.
Не найдя поблизости никакого укрытия, Нинни и Лакхи повернули назад. И сразу же увидели перед собой две лошадиные морды. На холм взобраться нельзя: в кустарнике не найдёшь никакой лазейки, даже совсем узенькой. Там, где они стояли раньше, тоже негде спрятаться. Вдруг они увидели в стороне от холма несколько деревьев и побежали к ним. Но укрыться не успели. Навстречу выехало четверо вооружённых всадников. Нинни и Лакхи спрятались за небольшим кустом.
Всадник, ехавший впереди, крикнул:
— Не бойтесь, лесные пери! Мы принесли вам счастье! Поедемте с нами!
Нинни выпрямилась. Сердце её учащённо билось.
— Кто вы? — спросила она с дрожью в голосе. И вдруг почувствовала, что страх проходит. Если во время охоты они с Лакхи так метко стреляют, то и теперь не промахнутся!
Лакхи тоже вышла из-за куста.
— Куда это вы нас зовёте? — громко спросила она. И хотя голос её звучал твёрдо, губы пересохли от волнения.
Воины ничего не ответили и направили к девушкам своих коней. Подъехав совсем близко; они остановились.
На воинах были железные доспехи, поверх шлемов повязаны чалмы. Лица скрыты забралами с круглыми отверстиями для глаз.
— Садитесь на коней! Мы привяжем вас к поясу. Не бойтесь — не упадёте, — сказал девушкам первый всадник. — Да вылезайте же из-за куста! Если поедете с нами, весь век будете жить в своё удовольствие.
Всадник соскочил с коня и направился прямо к девушкам. Через плечо у него висели лук и колчан со стрелами. За поясом торчала длинная кривая сабля.
Второй воин тоже спешился и пошёл следом. Кони, почувствовав свободу, начали щипать траву.
— Стойте! — крикнула Нинни. — Чего вам надо от нас?
— Мы выполняем волю нашего повелителя. Садитесь на коней, и ваша воля тоже станет для нас законом, — ответил первый воин.
— Не бывать этому! — зло крикнула Нинни.
Тогда первый воин подал знак второму схватить Лакхи, а сам обогнул куст и направился к Нинни.
— Поначалу всё так — сердятся, злятся, а потом благодарят судьбу… О, да у тебя, я вижу, копьё! И лук со стрелами! Брось их, — они ни к чему! Как звать тебя?.. Не Мриганаяни ли? — спросил он со смехом.
— Да, Мриганаяни! — с вызовом ответила Нинни.
Копьё, направленное твёрдой рукой, со звоном пробило кольчугу и вонзилось между рёбер. Лакхи взяла на прицел второго воина. Стрела засвистела и глубоко вошла в отверстие забрала. Оба, корчась от боли, со стоном повалились на землю. Лакхи снова выстрелила, на этот раз коню в шею. Конь упал. Два других всадника обратились в бегство. Тогда Нинни сняла с плеча лук, вытащила из колчана стрелу и нацелилась в одного из них. Воин пригнулся, стрела пролетела мимо. Девушки пустили вдогонку всадникам ещё несколько стрел, но ни одна из них не достигла цели. Воины успели ускакать. Конь убитого помчался следом за ними. Некоторое время слышен был топот, затем всё стихло. Только у куста ещё раздавались стоны — это мучились в предсмертной агонии раненые. Вскоре и стоны смолкли.
У девушек бешено колотились сердца. Они хотели что-то сказать друг другу, но слова застревали в горле.
Наконец Лакхи произнесла каким-то чужим, хриплым голосом:
— Давай вытащим копьё и бежим быстрей.
Нинни молча подошла к воину. Посмотрела на него. Воин был мёртв. Девушка потянула на себя копьё, но вытащить не смогла. Руки дрожали и не слушались. Тогда Лакхи положила на траву лук со стрелами, подошла к убитому, села на землю и, упёршись ногами в труп, рванула копьё. Кровь брызнула фонтаном. Нинни отвернулась. Лакхи отдала подруге копьё и побежала за своим луком, будто снова собиралась стрелять. Девушка, казалось, обезумела. Она торопливо вырвала стрелу из головы второго воина, потом подбежала к коню, выхватила из его шеи другую стрелу и обе спрятала в колчан.
Наконец она вернулась к Нинни. Та стояла неподвижно, потрясённая всем происшедшим.
— Нинни, слышишь, Нинни! — позвала Лакхи всё тем же хриплым голосом. — Бежим отсюда! Бежим быстрее! Может быть, ты хочешь разыскать свои стрелы?
