Он плеснул кислотой в лицо воина, и хотя я предполагала, что это оплавит его плоть, все, что она сделала – вызвала у него воющий, грозный рык, сотрясший стены пещеры.
Но этого было достаточно. Потому что это так же нарушило нашу связь с ним, и прежде чем он пришел в себя и снова меня захватил, Дьякон поднял Киэру, и мы помчались, перепрыгивая через ручей и проскальзывая сквозь туман, на мост, что вел обратно домой.
Тьма снова поглотила нас, и я ничего не могла различить. Ничего не могла услышать. А затем я почувствовала, как Дьякон давит на меня, с силой прижимаясь ко мне, его губы сжатые и требовательные, тихо шепчущие: «Помни свое обещание».
А затем моя рука оказалась не вокруг руки Дьякона, а вокруг руки Киэры.
Дьякон ушел, остались лишь мы с Киэрой и нашей выполненной работой.
— Парализована, – сказала я и аккуратно положила Киэру на пол офиса Зэйна, – С ней все будет хорошо.
— Как? — спросил Зэйн, и, поскольку я точно не знала, что могла видеть Киэра, пришлось ответить правдиво.
— Дьякон Кампфайр, – я встретилась взглядом с Клэренсом, – Я почти его достала, — врала я, заинтригованная, тем как он вздрогнул от моих слов, – Но упустила возможность.
Как я и ожидала, на его лице промелькнуло облегчение, так быстро, что я и не заметила бы, если б не смотрела. Но оно было, и я не могла понять, почему Дьякон нужен ему живым.
Однако я собиралась это выяснить.
— Хотя ни это главное, — продолжила я, так как не хотела задерживаться, давая Клэренсу шанс понять, что заинтересована этим вопросом, – Появился еще один демон – огромный, и они с Дьяконом сцепились. И посреди всей этой неразберихи я достала реликвию.
— А кто этот другой демон?
— Чувак, которого мы раньше встречали, – я сухо улыбнулась, – Не думаю, что сильно нравлюсь ему. И у него есть сила, Клэренс. Как мы тебе и говорили. Серьезная сила. Если он снова появиться, нет никаких гарантий, что я одолею его, – было неприятно признавать это.
И то, что я собиралась сказать дальше, меня тоже не радовало. Хотя какой-то части меня это доставляло удовольствие. Потому что мне нравилось драться. Нравилась сила. И мне нужно было больше силы и энергии, чтобы победить.
– Мне нужно больше, — сказала я, уставившись на Зэйна, – Мне нужны тяжелые, быстрые и частые тренировки. Я хочу быть настолько сильной, насколько возможно. Если нет, Татуированный Парнишка может довести свое дело до конца, и это никого не осчастливит.
Зэйн склонил голову.
– Отлично. Мы будем тренироваться, и будем тренироваться тяжело.
Я кивнула, стараясь по возможности не выглядеть возбужденной от понимания того, что я скоро почувствую убийство внутри себя, что оно наполнит меня и сделает сильнее.
Я затряслась, презирая себя за эти мысли, но понимая, что они приходили все чаще и чаще. Я менялась. И я это знала. Я видела.
И я не знала, как это остановить.
Я пробежала пальцами по волосам.
– По любой шкале, в целом – это успешная миссия.
— Где оно? – спросил Клэренс, приближаясь ко мне с протянутой рукой.
Я колебалась, зная, что Джонсон хотел эту вещь, но когда я посмотрела на Роуз, свернувшуюся на скамейке и бесстрастно смотревшую на меня, я не получила от Лукаса ни единого знака, подсказавшего бы мне, как поступить. Я не знаю, что у него был за план, по передаче ключа от Клэренса к Понэмю, но он определенно не расходился с передачей ожерелья Клэренсу.
Не то чтобы я собиралась позволить ему следовать какому-то плану, который он наметил. Моей главной задачей было достать Джонсона из Роуз, но это не означало, что я мечтала, чтобы Пэнемю получил Ключ Ориса в свои руки. И раз уж я разыскивала ключ по частям, я начинала подумывать о том, чтобы использовать третий кусочек для выкупа Роуз, что означало ударить по Джонсону и Пэнемю их же оружием и не дать им заполучить Ключ Ориса целиком.
Как я это сделаю, однако, было другим вопросом. Все, что я знала – если части ключа будут храниться у Клэренса, выполнить мой план будет гораздо сложнее. Поэтому я не хотела отдавать ему реликвию.
Но выбора у меня не было.
— Есть кое-что еще, — сказала я, неохотно передавая вещь Клэренсу, – На моей руке появилось следующее местонахождение.
— Правда? – спросил Клэренс, – Ну, давай посмотрим.
Я нехотя протянула руку и обнаружила, что второе тату больше не горело.
– Но оно было, — запротестовала я, – Оно начало гореть, после того, как я получила ожерелье.
— После того как ты добыла ожерелье? – спросил Зэйн, оставив Киэру, чтобы присоединиться к нам, – Или после того, как ты надела его?
Я постаралась вспомнить.
– Надела, — сказала я, – Я помню, как надела его, и моя рука снова начала гореть.
Он переключил внимание на Клэренса, и черт меня дери, если он не выглядел слегка самодовольным.
– Мне кажется, тебе придется расстаться с реликвией,
Клэренс колебался, затем снял ожерелье и передал мне.
– Тогда ладно. Посмотрим.
Я забрала его и почувствовала, как плоть начало жечь.
