Ужасъ овладѣлъ жителями города, когда армія Марцелла обложила городъ съ двухъ сторонъ. Имъ казалось, что они ничего не могутъ противупоставить такимъ значительнымъ силамъ и со страхомъ ожидали уже сдачи роднаго города.
Но они забыли, что въ стѣнахъ его живетъ великій гражданинъ, геніальнѣйшій геометръ и горячій патріотъ.
«Архимедъ, — разсказываетъ Плутархъ, — привелъ въ дѣйствіе свои машины; и вотъ на римскую армію посыпался цѣлый градъ стрѣлъ и настоящій каменный дождь, падавшій съ ужасной силой. Никто не могъ устоять подъ ударами орудій Архимеда. Они опрокидывали все на своемъ пути и вносили безпорядокъ въ ряды войска. Не мало досталось и флоту. То появлялись съ вершины стѣнъ громадныя бревна, которыя, опускаясь на корабли, топили ихъ собственнымъ вѣсомъ, то притягивались къ кораблямъ какія-то цѣпкія желѣзныя лапы и длинные клювы, перевертывали ихъ носомъ кверху, а кормою внизъ и погружали въ морскую бездну, то, наконецъ, что-то заставляло корабли вертѣться на мѣстѣ и затѣмъ бросало ихъ на подводные камни и вершины скалъ, окаймлявшихъ основаніе стѣнъ. Большая часть бывшихъ на корабляхъ людей погибала при этомъ[139]».
Въ сочиненіяхъ Діодора Сицилійскаго, Гіерона и Паппуса есть указаніе на то, что Архимедъ даже поджегъ римскій флотъ, наведя на него солнечные лучи помощью зажигательныхъ зеркалъ. Точные опыты показали, что если великій механикъ пользовался плоскими зеркалами, то дѣло могло происходить именно такъ, какъ разсказываютъ древніе историки[140].
Все населеніе Сиракузъ сплотилось такъ тѣсно, что составило какъ-бы одно тѣло; душею его былъ Архимедъ, руководившій примѣненіемъ машинъ. «Римляне были до того напуганы, — говоритъ Плутархъ, — что при видѣ спускавшейся со стѣны веревки или полѣна, тотчасъ-же обращались въ бѣгство съ крикомъ: „это опять какая нибудь машина, придуманная Архимедомъ на нашу погибель!“»
Невозможно сомнѣваться въ справедливости того, что говорится въ исторіи о великомъ защитникѣ отечества, когда познакомишься съ несомнѣнно принадлежащими ему открытіями, свидѣтельствующими о его геніальности. Въ самомъ дѣлѣ, по своимъ работамъ Архимедъ занимаетъ первое мѣсто въ ряду величайшихъ математиковъ. «Кто въ состояніи понять это, говорилъ Лейбницъ, тотъ уже меньше удивляется величайшимъ открытіямъ нашего времени». Лагранжъ сказалъ объ Архимедѣ, что онъ былъ творцомъ древней механики.
Архимедъ.
Мы обязаны Архимеду открытіемъ квадратуры, параболы и отношенія между объемомъ шара и цилиндра. Эта послѣдняя теорема есть одна изъ замѣчательнѣйшихъ въ геометріи. Ему принадлежитъ также изобрѣтеніе винта, названнаго. Архимедовымъ, открытіе гидростатическаго закона, носящаго его имя, теоріи рычага и закона плавающихъ тѣлъ. Царь Гіеронъ поручилъ ему устроить громадный корабль, описанный Атенеемъ и повидимому представлявшій что-то необыкновенное.
Великій математикъ за минуту до своей смерти обдумываетъ новыя математическія комбинаціи.
Однако геній Архимеда не въ силахъ былъ спасти отечество. Римляне хитростью овладѣли Сиракузами и, не смотря на запрещеніе Марцелла, великій геометръ былъ убитъ римскимъ солдатомъ. По словамъ Тита Ливія, Архимедъ сидѣлъ на площади, погруженный въ глубокую задумчивость, и разсматривалъ начерченныя имъ на пескѣ фигуры, когда римскій солдатъ занесъ надъ нимъ мечъ и убилъ его.
Оставляя исторію древнихъ временъ и обращаясь къ нашей эпохѣ, мы и въ ней, особенно во время войнъ первой французской республики, встрѣтимъ много указаній на то содѣйствіе, какое оказываетъ наука защитѣ отечества. Въ ту эпоху, до сихъ поръ еще стоящую уединенно по грандіозности своихъ событій, появлялись дѣйствительно великіе характеры, дѣлающіе честь всему человѣчеству.
Таковъ именно былъ Лаз
Въ 1792 г., когда столько опасностей угрожало Франціи, Карно рѣшился посвятить всѣ свои знанія, всѣ силы, всю свою настойчивость защитѣ отечества.
Въ началѣ 1793 года бѣдствія смѣнялись одно другимъ и Франція, казалось, стояла на краю гибели. Тогда Карно, вступившему въ комитетъ общественнаго спасенія, была поручена администрація войска и высшее руководство военными дѣйствіями. Положеніе дѣлъ представлялось въ высшей степени затруднительнымъ: всюду царствовалъ безпорядокъ и смятеніе, вездѣ чувствовался недостатокъ въ съѣстныхъ припасахъ и деньгахъ. Съ сѣвера и съ востока, черезъ Пиринеи и черезъ Альпы непріятель проникалъ на французскую территорію. Теченіе Луары находилось въ рукахъ 100 тысячъ возмутившихся Вандейцевъ; въ Ліонѣ началось возстаніе; Тулонъ сдался Англичанамъ. Французскими войсками, не имѣвшими ни оружія, ни припасовъ, овладѣло глубокое уныніе.
