«О, угомонись уже!» — сказал он себе. — «И заодно перестань искать дурные предзнаменования. Кайлеб вряд ли сойдёт на берег в первой волне!»
— Как у них дела? — спросил Кайлеб значительно более серьёзным тоном, и Мерлин пожал плечами.
— Пока всё идёт хорошо. — Он рассматривал схему, которую Сыч передавал ему со СНАРКов, наблюдавших за небольшими группами черисийских морских пехотинцев, просачивающихся вглубь суши. — Большинство из них высадились примерно в тысяче ярдов от нужного места, — продолжил он. — У нас есть одна группа, которая сумела высадиться на берег более чем в миле к югу от того места, где она должна быть, но это одна из «пустышек». На данный момент, похоже, что все остальные в значительной степени идут по графику.
— Хорошо.
Кайлеб повернулся и несколько мгновений стоял, вглядываясь в ночь. Затем он сделал резкий вдох и встряхнулся.
— Хорошо, — повторил он. — А теперь, как советовал мне Доминик перед Каменным Пиком, думаю, сейчас самое время мне немного поспать.
— Я думаю, это отличная идея, — согласился Мерлин.
— Ну, до рассвета я больше ничего полезного сделать не могу, — заметил Кайлеб. Он говорил гораздо спокойнее, чем Мерлин думал на самом деле, но он также махнул пальцем в сторону Мерлина. — Что касается вас, сейджин Мерлин, то, в сложившихся обстоятельствах, я дарую вам разрешение на ваше «отключение». Но только на сегодня, заметьте!
Мерлин фыркнул и иронично ему поклонился.
— Да, Ваше Императорское Величество. Как скажете, Ваше Императорское Величество, — произнёс он елейным голосом.
Уистан вздохнул с облегчением, когда Эйлас Мантин бесшумно поднялся из травы на крутом склоне холма. Поднятая рука сержанта остановила людей, следовавших за ним по пятам, и Мантин указал дальше вверх по склону.
— Именно тама, где они сказали, что она будет, сержант, — пробормотал капрал сквозь ровные вздохи ветра. — Их тама четверо. Разглядел ихнюю сигнальную мачту и несколька флагов. Похоже ещё на сигнальный костёр. Двое ихних спят. Есть один человек, сидящий на большом старом камне — похож он знает, как нести службу. Последний заваривает чай или что-то в этом роде. Дозорный примерна в пятидесяти ярдах вот туда. — Он указал вверх по склону и направо. — Костёр, где готовят еду, и сигнальное оборудование вон тама. — Он указал налево. — Их палатки и другое снаряжение на братной стороне склона.
— Хорошая работа, — тихо ответил Уистан.
Эйлас Мантин получил ещё меньше формального образования, чем сам Уистан, но он вырос в горах Хребта Ящерицы, и его способность двигаться бесшумно — не говоря уже о способности видеть практически в полной темноте — была феноменальной. Он обладал способностью лесовика ориентироваться на местности и способностью охотника проникать в разум своей жертвы, а его собственный мозг был острым, как кинжал, несмотря на отсутствие образования. Уистан обучал его письменности, поскольку умение читать и писать было одним из требований к сержанту разведчиков-снайперов. Про себя, хотя он и старался не упоминать об этом при Мантине, он нисколько не удивился бы, если бы капрал в итоге стал офицером, если предположить, что он когда-нибудь научится читать и писать. Что, к сожалению, было не совсем очевидно. Мантин старался больше, чем хотел бы признаться кому бы то ни было, но грамотность, насколько он мог судить, была более неуловимой, чем любая рогатая ящерица.
Сержант отбросил эту мысль в сторону, а затем повернулся и сделал знак остальным членам двойного отделения приблизиться к нему и Мантину.
— Повтори ещё раз для них, — сказал он капралу, и сам выслушал его второй раз так же внимательно, как и в первый. Когда капрал закончил, Уистан начал раздавать задания.
— …а на тебе дозорный, — закончил он через две минуты, похлопав Мантина по груди.
— Есть, — лаконично ответил капрал и кивнул остальным трём бойцам своего отделения.
