— В день происшествия, около полудня, вы и сэнсэй встретились в этой комнате с господином Кунихиро. Вы не могли бы чуть подробней рассказать, как проходила встреча?
— А почему это так важно?
Юкава улыбнулся встревоженной Намиэ:
— Для учёного место пожара может оказаться ценнейшим материалом для исследований. Ни о чём не беспокойтесь и расскажите всё как было.
Осталось неясным, убедило его объяснение девушку или нет, но она сказала: «Ясно» — и начала понемногу, отрывками, восстанавливать в памяти тот день. Каору за ней записывала.
Томонага пришёл за кораблями в бутылке и заодно потребовал от Кунихиро покинуть наконец флигель. Тот, разумеется, не послушался. Настроение у обоих было враждебным, и ни к какому согласию они не пришли.
Юкаву интересовало даже то, где во время разговора находился каждый из участников. Ещё он спросил, где лежали корабли в бутылке и кто за ними ходил.
— А насчёт той штуки речь не заходила? — Юкава показал пальцем на пруд за окном. — Я про каноэ.
— Ах да…
По словам Намиэ, Томонага сказал Кунихиро, что от районного совета поступила жалоба, и потребовал убрать лодку. Тот подчиняться не пожелал.
— А что не так с каноэ?
— Ничего, просто я удивился: не каждый день увидишь каноэ в пруду. У меня вопросов больше нет. Кстати, как сэнсэй себя чувствует? Я бы хотел зайти и поздороваться.
— Сейчас спрошу.
Проводив взглядом уходящую в сторону главного здания Намиэ, Юкава подошёл к Оомити:
— Вы исследовали состав взрывчатого вещества?
— Что?
— От фейерверков осталась зола, а в ней — уцелевшие частицы взрывчатого вещества. Вы проводили их подробный анализ?
— А… Нет. Это имеет отношение к делу?
Юкава, по-видимому, о чём-то задумался — между бровями пролегла глубокая складка, — а затем отрицательно покачал головой.
— Нет, никакого. Я просто уточнил, — сказал он и снял перчатки.
Вернулась Намиэ:
— Он просил передать, чтобы вы зашли.
— Хорошо. Я воспользуюсь приглашением. — Юкава отдал перчатки Каору и направился к главному зданию.
Каору же подошла к Оомити:
— Могу я вас попросить?
— Всё понял, — широко улыбнулся Оомити. — Исследовать состав взрывчатого вещества. Я бы и так этим занялся.
— Большое спасибо.
— Чудной человек этот Юкава-сэнсэй. Почему бы прямо не попросить провести анализ?
— Не знаю, — сказала Каору, глядя в сторону главного здания.
Когда Намиэ открыла раздвижную перегородку, Юкимаса всё ещё лежал на кровати.
— Привела!
— О, уже? — Старик поспешно нащупал выключатель у себя под рукой. Загудел мотор, и часть кровати, поддерживающая верхнюю половину тела, медленно приподнялась.
— Простите за беспокойство, — сказал Юкава, также заходя в комнату.
Возле кровати стоял стул, и Намиэ предложила его гостю.
— Что желаете, кофе или чёрный чай? — спросила она.
— Спасибо, ничего не надо. Мне скоро уходить.
— Я тоже обойдусь, — сказал Юкимаса.
Намиэ остановилась в нерешительности — то ли ей уйти, то ли остаться, — но в итоге пододвинула другой стул и села. На самом деле поведение Юкавы её встревожило. Она не понимала, почему он позвал её на пожарище и задавал все эти вопросы.
— Как ваше самочувствие?
— Нормально. Хотя после такой встряски немного утомительно каждый день иметь дело с полицией.
— Я попрошу их умерить пыл.
— Да ладно, мелочи жизни. А ты, стало быть, участвуешь в полицейских расследованиях!
— Я бы не назвал это участием.
— О тебе как-то заметку в газете написали. «Физик из университета Т. помог полицейскому управлению Токио разгадать неразрешимую загадку». Вместо имени значилось «доцент Ю.», но это ведь ты?
Юкава криво усмехнулся и опустил глаза.
— Похоже, мне сейчас влетит за то, что я отлыниваю от исследований и занимаюсь чёрт-те чем.
— Нет. Для учёного естественно использовать свои знания для помощи людям. Многие в мире поступают наоборот. Я говорю о тех, кто применяет их для убийств.
Кивнув, Юкава посмотрел на Юкимасу. На лице у того застыло упрямое выражение. Старик обвёл взглядом комнату.
— Вы будто и сейчас продолжаете какие-то исследования.
Полки ломились от книг; здесь же стоял верстак, сохранившийся со времён работы в университете, и шкаф с запасными деталями и химикатами.
— Какое там! — улыбнулся Юкимаса. — Просто смотрю на всё это и предаюсь сантиментам. А выбросить жалко.
— Понимаю ваши чувства. — Юкава поднялся и выглянул в окно. — Отсюда красивый вид. Можно полюбоваться на пруд.
— Мне он уже поднадоел.
— Но природные пейзажи, в отличие от созданных людьми, меняются с каждым днём.
— Тут ты прав.
— Флигель тоже виден, — произнёс Юкава. — И то окно.
— Ну да! Так что, когда занялся пожар, я и на него посмотрел, — отозвался Юкимаса.
Юкава снова присел на стул и порылся в нагрудном кармане.
— Вот незадача! Забыл свой мобильник. Извините, могу я отсюда позвонить? — Он указал на стационарный телефон, стоявший рядом с кроватью.
— Конечно, — ответил Юкимаса.
Юкава поднёс трубку к уху. Затем недоуменно склонил голову набок.
— Чтобы позвонить в город, надо нажать ту кнопку, — пришла на помощь Намиэ. — Простите, аппарат старый.
