Эткинс не помнил, что это за место, как оказался здесь и даже то, кем он является. Вся его жизнь была сравнима с белым, как его костюм, листом бумаги, который положили перед его носом взамен на сотни исписанных, о существовании коих он даже не подозревал. Но ему и не нужно было знать свое имя или место рождения, чтобы путем прислушивания к собственным ощущениям понять, что находиться в закрытом со всех сторон пространстве — ненормально. Сначала брюнет еще раз проверил все выходы на признак пропускных систем и с горечью отметил, что если они и есть, то лишь снаружи. Или же двери открываются таким образом, какой ему еще и не снился. Люк не помнил, что он работает в крупнейшей технологической компании, но его мозг от этого не перестал мыслить в данном направлении.
Следующими действиями были примитивные и никогда не подводящие крик о помощи и стук в стены и двери. Такой метод являлся лучшим, так как оказался единственным и нагнал на парня немало паники. Он стучал что есть мочи и кричал так громко, что его голову схватила мигрень. И без того звенящая тишина стала еще более неприятной, а вся эта идеальность вокруг лишь раздражала. Эткинс зажмурился, обхватив руками уши и свалившись на колени. Стиснув зубы, он старался сдерживать крик — естественную реакцию на сложившиеся обстоятельства. Сердце бешено стучало в груди, а все вокруг сливалось в единую ослепляющую массу. Кажется, Люк терял сознание.
— Состояние стабильное, — оповестил механический голос где-то далеко от ушей брюнета. — Показатель верхнего давления: 122. Показатель нижнего давления: 80. Сердцебиение: стабильное, 68 ударов в минуту. Неофит Л. Эткинс находится в совместимом с жизнью состоянии. — Робот на мгновение остановился и начал считывать новобранца заново. — Неофит Л. Эткинс вернулся в сознание. Эмоциональное состояние: стабильное. Угроза не обнаружена.
Люк ощущал тепло и слышал шум работающих компьютеров: он больше не в редивайзе. Минуту он обдумывал, хорошо это или плохо. Приветственная речь не привела его в восторг, потому что, по его собственному предположению, он лежал на койке в больничной палате, а эта локация никогда не являлась приятной для посещения. Однако стоило ему открыть глаза, как он столкнулся взглядом с современной лабораторией, одна из стен которой была занята компьютерами и экранами, выводящими съемку с различных мест: таких же комнат, коридоров и даже палуб самолетов или чего-то крайне на них похожего. Везде царило движение, но отличительной чертой кадров, которая привела Эткинса в ужас, было абсолютное отсутствие на видеозаписях лиц. Все люди были в металлических масках. Таких же, как редивайз изнутри. Таких же, как пустые стены отсека, в котором он находился.
— Показатели неофита Л. Эткинса изменились. Сердцебиение: учащенное, 91 удар в минуту, — ворвался в размышления Люка механический голос.
Он был прав: тот в самом деле начал волноваться. Еще одним интересующим его моментом было то, откуда этот самый голос доносится. Он начал вертеть головой в разные стороны, пытаясь определить устройство, однако все подсоединенные к нему провода вели к машине, совершенно не похожей на говорящую.
— Мистер Эткинс, — донесся до ушей Люка новый голос — человеческий. От неожиданности он обратил взгляд в сторону источника звука: на находящийся под потолком балкон. На нем определенно стоял человек, даже без маски, но едва доходящий до той точки свет не давал разглядеть черт его лица.
— Неофит Л. Эткинс — это я? — решил сразу выяснить для себя брюнет. — «Л» — это?.. Как меня зовут?
— Люк Эткинс. Прошу Вас, не переживайте, Вы в безопасности.
Но успокоиться вот так, по одной лишь просьбе, казалось Люку непосильной задачей. Он не помнил, в какой опасности находился, и не был уверен, что то, что он видел на записях, можно считать местом, дарящим благосостояние.
— Где я?
— В одной из лабораторий штаба «Мундита», — ответ последовал незамедлительно, словно мужчина каждый день встречает таких новичков с пустым взглядом и полным непониманием в голове. Впрочем, так оно и было. — Мы — крупнейшая секретная организация в мире. Настолько, что узнать о деятельности или хотя бы наименовании можно лишь при вступлении в наши ряды. У нас работают молодые, свежие и способные к получению новых знаний специалисты. — Мужчина на мгновение остановился, давая Люку возможность переработать всю полученную им информацию. — Мистер Эткинс, обследования выявили у Вас высокие показатели для работы в «Мундите». Таких умов во всем мире меньше сотни, не каждому выпадает честь быть приглашенным в нашу организацию. Вы не проходите в требуемую возрастную категорию, но в Вашем случае мы сделаем исключение…
— Как я могу к вам обращаться? — прервал пламенную речь Люк.
— Профессор Аменс, — невозмутимо ответил мужчина.
— Профессор Аменс, — продублировал Эткинс. — Я ничего не помню. Не помню опасности и того, чтобы хотел к Вам.