Зависнут однажды в этой кислородной атмосфере сверхтяжелые исследовательские станции Foraont-M и Ангор-3. Просканируют планету до оболочки раскаленного ядра. И хорошо, если убедятся в безопасности и надежности единственного материка.
Лебединский движением пальцев раздвинул картинку, увеличил масштаб, приближая к себе изображение суперконтинента до тех пор, пока огромное белое пятно неисследованного пространства не сменилось цветным изображением места их посадки.
– Куда сегодня?
– Как договаривались. – Яковлева закончила облачение. Подошла к Семену, посмотрела на карту и ткнула пальчиком: – Сюда. В самый центр континента.
– Пересекли «терра инкогнита». – Сидевшая на месте второго пилота Рита ввела ряд команд на сенсорном мониторе панели управления. – Выше не будешь подниматься?
– Не вижу смысла, – покачал головой Семен. – Спектральный локатор и анализ движения воздушных масс дает низкий процент изменения ландшафта. Прямая видимость составляет больше двух километров. Не будем тратить энергию на усиление активации антигравитационных двигателей.
– Началось фиксирование и построение модели открываемой территории.
Лебединский в ответ только молча кивнул.
За прозрачным колпаком атмосферного десантного планера остались изученные за прошедшие дни места. Ушла за горизонт огромная поляна стартовой площадки, растаяло озеро с идеально прозрачной водой, дающей возможность рассматривать стаи ярких рыбок даже на большой глубине. Дальнейший маршрут пролегал вдоль реки, на берегах которой то здесь, то там можно было различить стада животных, по всей видимости, травоядных, мирно пасущихся на зеленых лугах, либо стоящих на водопое вдоль берега.
Семен еще раз поразился увиденному, к которому он за эти дни никак не мог привыкнуть. А все потому, что его мозг не принимал факт отсутствия логичных вещей. Ладно постоянно теплая, безветренная и солнечная погода. Судя по траектории движения планеты вокруг местной звезды, интенсивности излучения последней и наклону планетарной оси, на континенте вполне может быть чуть ли не вечное лето. Но за все эти дни не было даже намека хоть на какое-то подобие ветра. И он не удивится, если выяснится, что здесь вообще никогда не бывает дождей.
Семен чуть скорректировал курс, направляя транспорт между двумя пологими холмами с обилием ярких цветов на склонах.
Ладно погодные дела, тут действительно могут быть весьма вариативные особенности. Но фауна! Стада травоядных, которые они видели, спокойно существуют рядом с хищниками. Никто из них не нападает на мирно пасущихся рядом зверей. Чем они тут питаются? Как восполняют потраченную энергию? А насекомые? Вчера днем Семен обнаружил и исследовал местный аналог комара.
Во-первых, так называемый «комар» показал свою полную инертность на наличие возбудителей каких-либо инфекций и вообще живых бактерий или вирусов. После чего сей подопытный был удостоен чести оказаться на оголенной кисти руки человека. И ничего! Тварь практически моментально улетела по своим делам, совершенно не заинтересовавшись наличием поблизости теплой, питательной крови. Исследованию также подверглись все обнаруженные за это время ягоды и плоды. И все они оказались чрезвычайно питательными и вкусными. Все, без исключения.
– Что за ерунда? – озадаченный голос Яковлевой заставил Лебединского оторваться от размышлений и бросить взгляд на девушку. Та внимательно изучала приборную панель.
– Что там?
– Трехмерный сканер выдает наличие впереди препятствия. Прямо по курсу расположен объект радиусом в два километра и высотой не менее десяти. – Второй пилот произвела серию быстрых движений по сенсорам устройства. – Странно… Диаметр верхней части объекта превышает площадь нижней, но по плотности значительно уступает ему. Что это может быть?
– Скоро узнаем. – Семен подал дополнительную энергию на малые хвостовые двигатели, и планер увеличил скорость. Оба пассажира прилипли к обзорному стеклу, не отрывая взгляд от появившихся на самой кромке горизонта темных очертаний какого-то возвышения.
– Это… – Рита первой разглядела формирующиеся с приближением контуры. – Это дерево?!
– Не может быть, – мотнул головой Лебединский. – Таких деревьев не бывает. Десять километров? Ты серьезно?
– Да смотри же сам!
– Сейчас включу оптический преобразователь.
Но даже без применения аппаратуры уже можно было различить детали вырастающего объекта. Космонавты с благоговением взирали на расширяющийся ствол исполинского древа. Через несколько минут набравший скорость планер вошел в зону густой тени. Рита подняла голову. Под темно-зеленой листвой, расчерченной узловатыми линиями, не было видно ветвей. Над ней простирался живой океан зелени. То здесь, то там золотыми бликами играли на пробивающемся через листву солнце крупные плоды.
– Никогда не думала, что увижу нечто подобное, – тихо произнесла Яковлева. – Подобные исполины раньше описывались только в сказках, легендах и мифах. – Девушка торопливо похлопала по руке Лебединского: – Давай подлетим к самому стволу. Нет! Давай выше! Я хочу сорвать хотя бы один плод!