Семен молча кивнул и перевел основную подачу энергии с хвостовых двигателей на подплатформенные. Планер затормозил и стал неторопливо набирать высоту. Яковлева, не отрываясь, рассматривала уходящий вниз громадный ствол исполина. Огромные трещины и бугры, переходя друг в друга, плели причудливую сеть – место обитания многочисленного мелкого зверья и летучей живности.
– Похоже на Иггдрасиль из скандинавской мифологии. Было у них там такое дерево, в ветвях и корнях которого располагалась куча миров.
– Точно, – хмуро кивнул Семен. – А это тогда останки Ёрмунганда.
– Где? – Рита завертела головой.
– Под нами.
Яковлева бросила взгляд на экран нижнего обзора и ахнула. Незаметный до этого момента, теперь с высоты стал виден лежащий на земле огромный, рассыпавшийся от времени скелет. Казавшаяся бесконечной череда позвонков с остатками ребер свивалась в мертвые кольца, оканчивающиеся запрокинутым треугольным черепом с раскрытой пастью, из которой вверх торчало два длинных острых зуба.
– Ничего себе!
– Вот тебе и первый представитель мегафауны. Надеюсь, он был и последним. Встретиться с такой тварью, когда она еще жива, я бы точно не хотел.
– Ну и зря! Наверняка эти змеи не были агрессивными. Ведь все остальные ведут себя дружелюбно.
Сверху плотно зашелестело, перекидываясь на боковые поверхности. Сразу и везде. Планер, поравнявшись с нижней веткой, медленно вошел в листву. Семен перевел импульс тяги в нейтральное положение, и кораблик замер на месте. Рита нетерпеливо ткнула пальцем в кнопку, и верхняя часть крыши с шелестом потревоженной листвы ушла в задний отсек. В кабину на сиденья и колени людей осыпался ворох сорванных листьев. Тупо стукнул о рабочую панель, сверкнув золотым круглым боком, крупный плод.
– Ты только посмотри! – Рита взяла его в руки. – Похож на наше яблоко. – Она направила на фрукт портативный химико-лабораторный анализатор. Аппарат весело пискнул и тут же приступил к работе, задорно перемигиваясь целым рядом огоньков и буквенно-циферных обозначений.
– О боги… – выдохнула Рита. – Взгляни на это!
– Что там такое?
– Это «яблоко» является идеальным продуктом! В его составе – практически все известные нам простые элементы и сложные соединения! Половина из них дает столько же энергии, сколько выделяет весь аэробный метод пула клеток нашего организма! Связывание свободных радикалов кислорода! Снижение окисления! А ряд соединений напрямую влияет на мозговую активность! Ты представляешь? На Земле совсем недавно открыли соединение альфа-актин-липид-15, которое активирует построение новых нейронных связей, а этот плод – настоящий кладезь данного вещества! Если постоянно есть эти «яблоки», то можно увеличить не только продолжительность жизни, но и усилить мозговую активность на несколько процентов! Представляешь? Можно прожить две сотни лет! Может, даже три или четыре! И новые горизонты познания Вселенной. Я даже представить не могу, какой скачок совершит человечество, заселив этот Рай!
– А этот Ёрмунганд, познав всю суть мироустройства, решил собственноручно выпилить себя из эволюционного отбора?
– Ну что ты за человек такой! – Яковлева всплеснула руками.
– Не нравится мне здесь, – повторил Лебединский. – Не нравится, и все тут!
Семен открыл глаза. В окружающей его темноте неосвещенного посадочного модуля еле угадывались очертания спальной каюты. Лебединский еще какое-то время полежал с открытыми глазами, пока не начал более детально различать окружающую обстановку. Тогда он сел на биометрическом ложе, спустил босые ноги на пол и проснулся окончательно. Пол был холодным. За все дни их пребывания на этой планете ночи выдавались настолько теплыми, что они просто забыли о системе обогрева. Семен торопливо подобрал под себя ноги. Ощутимый теперь холод помещения не был единственной вещью, разбудившей его. Было что-то еще. Что-то пока неуловимое, не встречавшееся тут раньше. Он прислушался.
Дождь. В стекло обзорного экрана мелкими перестукиваниями барабанили водные капли. Выстукивали печальный ритм прощальной песни лета.
«Вот тебе и райский уголок!»
Семен надел обувь, с удовольствием отметив, что ногам мгновенно стало теплее, встал и прошел в отсек управления. Сел за приборную панель и включил внутренний обогрев помещений посадочного модуля.
«Жаль, Рита расстроится».
Она так восхищалась этой планетой. Убедив даже его, законченного материалиста и скептика, в непогрешимом постоянстве этого космического Рая. А сорванные ею «яблоки» действительно обладали непередаваемым вкусом, аналога которому ни он, ни она так и не смогли найти. Единственное слово, которое точно передавало все оттенки послевкусия, это «совершенство».
Дождь тем временем усилился. По броне бортов, крыше и стеклу обзорного экрана тяжело замолотили крупные капли. Неожиданно налетел ветер. Его порыв, вырвавшись на открытое пространство посадочной поляны, ударил мощным тараном в бок.
«Ого! Это уже серьезно».
Семен активировал искусственный интеллект и ввел команду для оценки системами корабля окружающей обстановки.