Хотя сам он, по его словам, не владел этой техникой и из приёмов обычно демонстрировал лишь пьяные падения со стула или кровати в пьяном угаре, однажды, в редкий момент трезвости, он всё же показал мне кое-что. Выйдя во двор дома, я увидел его с самыми обычными вилами в руках, которыми он хаотично размахивал, словно отбиваясь от роя мух. Но заметив меня, он, видимо, решил покрасоваться и, превратив бить воздух, подошёл к одному из каменных серых валунов, торчащих из земли.
— Гляди, чего умею, — сказал он, размахнувшись вилами и через миг точным ударом разломив на куски огромный каменный валун.
— Это… Это…
— Этот скилл я давно прокачал, когда ещё молодым был. Давно это было. Боевой дух называется, и ты, если захочешь и постараешься, тоже сможешь его освоить… Ну, наверное, хз. Всё от тебя зависит.
Будучи ребёнком, этот момент поразил меня до глубины души. Несмотря на его возраст и плохое физическое состояние, он показал нечто невероятное, почти магическое, но без всякой магии. Это было именно то, что мне нужно! Я буквально загорелся идеей стать копейщиком и освоить это искусство. Но для этого мне нужен был учитель, а вонючий дед становиться им не хотел, да и не мог, учитывая своё обычное состояние.
Время шло, и я всё больше осознавал, что нужно срочно что-то менять, пока это убогое место не затянуло меня окончательно, растворив в своей безысходности. Дни сливались в однообразие, и с каждым из них уверенность в необходимости покинуть деревню становилась всё сильнее. И однажды утром, после очередного похода к местной речушке, где я часто проводил время, чтобы хоть как-то отгородиться от удушающей реальности и смыть с себя ароматы, витавшие в доме, я обнаружил, что мудрец неожиданно пропал. Его дом неожиданно опустел, став с виду почти покинутым, будто жизнь вдруг выветрилась оттуда, оставив лишь следы недавнего пребывания. Его вещей не было, как и его самого, будто он испарился, оставив только запах алкоголя и воспоминания о своих бессвязных речах.
Внутри дома, который ещё недавно был наполнен странной энергетикой старика, остались лишь несколько монет в тайнике — те самые, которые он обычно швырял на пропой в деревне, и привычные лужи блевоты и мочи, словно последний прощальный привет. Я стоял в опустевшей комнате и чувствовал, как всё вокруг дышит пустотой. Стены, которые раньше казались пропитанными историей и хаосом мудреца, теперь были безжизненными и холодными. Я не стал трогать оставленные следы его присутствия, не хотел иметь с этим ничего общего, но деньги взял — они могли стать билетом в новую жизнь.
Эти монеты, жалкие и неказистые, стали для меня символом свободы и надежды на лучшее. В тот же день я собрал немногочисленные вещи и отправился в своё первое путешествие. С чувством освобождения, я шагал прочь из деревни, оглядываясь на место, которое когда-то было моим миром, а теперь стало лишь началом долгого пути. Этот момент стал для меня ключевым событием, переломным и судьбоносным.
В тот знаменательный день я осознал, что настал момент действовать, и эти действия в итоге привели меня сюда…
А, собственного говоря, где это я?
Сейчас я лежал на холодном каменном полу тёмной пещеры, пытаясь прийти в себя. Сырые, влажные стены пещеры слабо отсвечивали в мерцающем свете факела, который тускло освещал пространство вокруг. Голова гудела, словно в ней били церковные колокола, тело ныло от многочисленных синяков и царапин, а сознание отказывалось понимать, как я вообще выжил. В памяти остались лишь обрывочные воспоминания: шум боя, крики, свет магических заклинаний и мощный взрыв…
Внезапно рядом раздались шаги.
В тусклом свете факела появилась фигура, приближаясь ко мне. Я видел перед собой лишь размытый силуэт, но голос, прозвучавший из темноты, был мне знаком.
— Ты как? — хрипло спросила женщина.
В её голосе явно чувствовались усталость и боль, но всё же он оставался обнадёживающе знакомым.
— Я… я не знаю, — честно ответил я, пытаясь сесть, но не преуспел в этом. — Ох, вроде живой. Что произошло?
— Твои бочки с порохом оказались весьма эффективны, но нас тоже нехило задело. Мы справились с монстрами, но сами пострадали. Тебя от взрыва отбросило в стену, — ответила она, помогая мне принять сидячее положение.
Монстры? Бочки с порохом? Чего?
— Ничего не помню, — признался я, кладя руки на лоб. — Совсем ничего, и это… не шутка.
— Серьёзно, что ли? Хотя неудивительно, учитывая, какой мощности был взрыв… Лучше бы по старинке разделались с монстрами своими руками, — она говорила с заметным раздражением в голосе. — Чёрт. Этот шум в голове никак не проходит…
— У меня тоже, — пробормотал я, морщась от боли.
Голова гудела, как будто внутри звенели колокола, и каждый удар отдавался мучительной пульсацией.
— Нам нужно отсюда выбираться, — выдохнув, сказала она и протянула мне руку. — Взрыв такой силы может привлечь незваных гостей, за которых нам точно не заплатят, если, конечно, мы сумеем разобраться с ними в нашем состоянии.
— Понял, — кивнул я, чувствуя, как её решимость передаётся и мне. — Ты как?
