— Конечно, конечно, — иронично протянул Амарок, — Не напал, но лишь потому, что ты тогда, наконец, осознал, что рядом главнокомандующий, командир Мендель и Чуви, а это значит, что целым тебе до Шепарда просто не добраться!
— Во-вторых, Дэвид тебе и так не откажет в дуэли! — подытожил Ивар.
— А?!! — выпучив глаза и скривившись, оскорбился Кинтаро, — Да не в жизнь не напал бы!
— Но до этого, когда ты первый раз очнулся, ведь пытался напасть? — подала голос Хана, войдя, вместе с Кротосом в комнату. Они прошли мимо и сели на соседний диван.
— Я просто был не много не в адеквате! Каждый был бы, после того, как тебе в затылок попадают имитацией боевого снаряда!
— Бедняга! — прохрипел вошедший Гарибальди, садясь на первый, от входа диван. Следом за ним по пятам следовала обиженная на весь мир Анхель. — Да не подскакивайте вы! Бесит!
— Извините, главнокомандующий, — смущённо ответил Кинтаро, а потом, будто опомнившись, вновь сделал оскорбленное лицо и воскликнул, — И хватит делать из меня дикаря! Будто я по два раза на день вызываю на драку того или иного человека!
— Конечно не каждый день, — согласился Ивар, а потом посмотрел на Амарока, улыбнулся и добавил. — А раз в пару суток.
— Иногда в трое суток, — подавляя приступы смеха и отвернувшись от Кинтаро, добавил Ам.
— Идите вы знаете куда? — краснея и зверея на глазах, проскрипел Кинтаро.
— Если ты, идиот меченный, не угомонишься, то я тебя отправлю на гауптвахту на целый месяц! — угрожающе прорычал Гарибальди.
Кинтаро хотел было возразить, но увидев испепеляющий взгляд Петроса, сразу присмирел. Сев на своё место, он вновь сложил руки на груди и стал бурчать себе под нос. Через некоторое время, за которое в зал незаметно вошла троица Нефертати и молча сели на дальний от входа диван, он украдкой посмотрел на Гарибальди. И только он открыл рот, как главнокомандующий, уперевшись взглядом в стеклянную стену, его осадил:
— Нет, ты не будешь с ним драться! Ты не Нефертати. Хотя и ей бы это так с рук не сошло, если не особые инструкции на её счёт. А ты, если решишь мне или командиру Менделю перечить, не месяц гауптвахты, а месяц работы в канализациях Пагод схлопочешь! Причём будешь находиться под личным контролем господина Сяншеня!
— Но он сам не против!
— Ну, а Шепарда, если будет потакать чьим-либо прихотям, я вообще не допущу к работе! И мне будет совершенно всё равно во что это выльется!
— Но!
— Они здесь! — тихо, но с лёгкой силой в голосе, сказала Хана, и все, замолчав, уставились на арену, где с двух концов открылись двери.
Слева появился Дэвид в сопровождении Бэбила. Его переодели в серое трико с защитными вставками в наиболее уязвимых местах. Босой, но в перчатках, Шепард разминал руки, разжимая и сжимая пальцы.
Из противоположного входа появился Чуви. Он увидел Дэвида, подмигнул ему и сел в угол, закурив. В этот момент и появилась Нефертати. На ней был почти такой же костюм, что и на Шепарде, но без защитных вставок, а волосы были собраны в тугую косу. Девушка также предпочла выйти на арену босой.
— Ты ведь не против, если я буду немного жульничать? — злобно улыбнувшись, спросила Нефертати, чуть склонив голову набок и старательно пряча руки за спину.
— Делай, что хочешь, но главное, чтобы были соблюдены обозначенные мной условия, — ответил Дэвид, начав массажировать себе запястья.
— Ну, конечно! — иронично произнесла Нефертати, расплывшись в особо широкой и змеиной улыбке.
Бэбил подошёл к Дэвиду почти вплотную и украдкой его спросил:
— Ты точно будешь драться без всякого снаряжения?
— Да, точно.
— И ты не против, если она будет его использовать?
— Абсолютно не против.
— Тебе не кажется, что ты её недооцениваешь? — спрашивая об этом, Бэбил приподнял очки, и внимательно, но чуть ухмыляясь, всмотрелся в Дэвида.
— Это она меня недооценивает, — почти не шевеля губами, спокойно ответил Шепард, но при этом он погладил себе живот, всё ещё зудевший и неприятно тёплый. Даже регенерация Вечного до сих пор не поглотила эту боль полностью.
— Мне ещё долго ждать? — саркастическим тоном поинтересовалась Нефертати, что так и стояла в той же позе.
— Твои дела, но знай — она за спиной явно не пластмассовые шарики прячет, — тяжело вздохнул Мендель, а затем повернулся к Нефертати и заботливо, вновь лучезарно улыбаясь, воскликнул. — Через минуту начинаем!
Бэбил в несколько широких шагов добрался до центра арены и, хлопнув в ладоши, радостно объявил, поочерёдно смотря то на Дэвида, то на Нефертати:
— Так, правила оговорены, но если будете чрезмерно шкодить, то мы с Чуви позаботимся о том, чтобы вы больше так не делали! Так ведь, Чуви?
— Агась. — Чуви, ухмыляясь и дымя сигаретой, поднялся, дошёл до середины стены, прислонился к ней и на мгновение задержал лукавый взгляд на противоположной стене, почти всю площадь которой занимало тусклое зеркало.
— Тогда, — Бэбил поднял руку вверх, отошёл к стене, встав рядом с Чуви, и лишь потом резко опустил руку, крикнув. — Начали!
