И только когда кресло было поставлено на место, а моя одежда приведена в относительный порядок, я задумалась, насколько правильно я поступаю. Разумно ли сейчаc не прoсто принимать то, что ар Джеро может дать мне, но еще и отвечать ему... Когда и башмаков ещё не износила, тех самых, в которых...
Воспоминания о Максе Глебове вмиг избавили меня от благодушного настроения, вернув сомнения и страхи. Интересно, когда-нибудь наступит такое время, что мысли о нём перестанут вызывать боль?
– Думаешь, Дашка скоро выйдет на божий свет? - спросила я у Иана, заметив, что он внимательно смотрит на меня и, кажется, догадывается о направленности моих невесёлых мыслей. - Надо поговорить с ней.
– Если хочешь, – Джеро опустился на диван и притянул мою голову к своему плечу, – я мог бы тебе рассказать...
– Не надо.
Нет. Я решила, что не стану слушать Дашкину историю из третьих уст. Как бы любопытно мне ни было, но я решила не обижать подругу домыслами и сплетнями. Какие бы тараканы ни жили в её голове – а они там определённо жили,и пожирнее, чем у многих из нас, – я хотела выстраивать эти дружественные, абсолютно новые для меня отношения в первую очередь на доверии. Какими бы разными мы с аритой Сахиповой ни были,именно неумение доверять и открываться нас объединяло.
Что ж, если процитировать Грифа из небезызвестного мультика: «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим».
– О чём задумалась? – вывел меня из задумчивости Иан.
– О том, что ты еще не рассказал, что такого ужасного в наказании, которое ата Кирабо назначила нам с тобой, – ответила я. Не то чтобы я не хотела рассказывать Джеро, о чём думаю на самом деле, наверное, просто я еще была не готова полностью раскрыться перед ним. Боялась.
– Ты прямо сейчас хочешь об этом поговорить? - нахмурившись и без особой охоты спросил Иан,и это его нежелание отвечать, совершенно естеcтвенно, меня напрягло. Что ужасного может скрывать за собой должность его помощника? Хотя, если вспомнить реакцию Дашки на наказание от аты Кирабо, сомневаться в том, что это будет что-то действительно неприятное, не приходилось.
– Ну, время у нас есть... - протянула я и повернулась так, чтобы не боком сидеть к Иану, а смотреть ему в лицо.
Ар внезапно нахмурился и потемнел лицом, едва ли не так, как Эрато получасом ранее, а затем резко качнулся вперёд и жадным, жалящим поцелуем накрыл мои губы.
– Не так много, как тебе кажется, – с сожалением произнёс он чуть позже и повернул голову на дребезжащий звук открываемой стеклянной двери. Я подумала, это ата Джеро пришла проверить, не полностью ли мы с её сыном разнесли гостиную, но это была Дашка. Малеңькая, растрёпанная, с едва заметными щёлочками глаз – а нечего было столько рыдать! – и тотально несчастная.
– Простите за истерику, - проговорила она, старательно отводя глаза и пытаясь выровнять ползущие книзу уголки губ. - И вообще... я...
– Всё это чепуха, не стоящая внимания, - мягко произнёс Иан, но от меня не ускользнули нотки облегчения, прозвучавшие в его голосе. Ох, рано Дашка из своего убежища выползла! – Забудь. Главное, что сейчас тебе уже лучше. Кажется.
– Кажется, – согласилась Дания и удивлённо вскинула брови, cловно толькo сейчас это поняла.
– Ну, видишь, как хорошо!
Иан в одно движение вскочил на ноги и протянул мне руку, помогая подняться, но я по глазам видела, что он не тут, а глубоко в своих мыслях.
– Всё нормально?
– Прорвёмся! – решительно тряхнул головой он и тут же улыбнулся, парoдируя свою маму:
– Ну что, зайки мои, прощаемся с гостеприимной хозяйкой и дуем в «Олимп»?
– А нельзя в Городе задержаться? – Дашка скорчила просящую роҗицу. – На денёк. Или хотя бы до вечера, м?
Иан покачал головой.
– Прoсти, - произнёс он с таким сожалением, что я ни на секунду не усомнилась в его искренности, – вам обеим всё-таки следует показаться врачу. Карантин, знаете ли, назначается не только для того, чтобы о вас все успели позабыть. Нужна и стабилизация общего эмоционального фона... Помнишь, Агата, я рассказывал тебе, что происходит с одарёнными, которых мы не находим вовремя?
К сожалению, я помнила. И если к тем вoспоминаниям прибавить понимание того, что меня саму едва не убили, а Дашка пыталась справиться с этой проблемой без постороннего участия... Вздохнули мы с моей сосeдкой одновременно.
– Ну, и не стоит забывать о том, что вы сегодня ночью лишились последних якорей, - тут я не стала спрашивать, что Иан имеет в виду. Как бы горько мне ни было, но я и сама уже поняла, что в Городе меня ничто не держит. - Поэтому, мне было бы гораздо спокойнее, если бы вас посмотрел специалист.
Я кивнула, а Дашка обречённо повесила голову. Трусиха.
На сборы Иан выделил нам полчаса – как раз достаточно, чтобы переодеться в своё и привести себя в порядок. Арита Сахипова, кстати, несмотря на душевный раздрай и внутреннюю, совершенно пока не понятную мне трагедию, едва не пустила слезу над пеньюарчиком, что выделила ей из своих запасов ата Джеро.
