— Да где же ты найдёшь на такую должность целителя-трезвенника? — невесело усмехнулся некромант. — Из этих ребят на полицейской зарплате удержать можно только вот такую пьянь, которую до пока ещё живых пациентов никто и не допустит.
— Ничего себе, — пробормотала я, приземляясь на кровать. — И как же он вообще работает?
— Нормально работает. По крайней мере, определить принадлежность крови при наличии человека в живом или мёртвом виде, или хотя бы контрольного образца, может под любым градусом. А при его отсутствии… тут уже сложнее. Настолько, что будь этот тип даже трезвенником и, вдобавок, гением своего дела, достоверность всё равно недостаточно высока. Магия, знаешь ли, отнюдь не решение всех бытовых проблем.
Да, да, магия не чудо, а наука. Эти слова каждый слышит ещё со школы, а сами маги очень быстро осознают, насколько они верны. Не существует никаких неограниченных возможностей, у любого метода есть не только достоинства, но и недостатки.
— Конечно, — задумчиво продолжил некромант, — вряд ли кровь правда не его. Даже если всё это инсценировка, лишняя достоверность ей не повредит.
— Инсценировка? — встрепенулась я. — А зачем?
— Скажем, запугать тебя. Или вывести парня из-под удара, выставив его самого жертвой, если что-то вдруг пойдёт не так. Все эти рассуждения, зайка, сейчас пустой трёп, не больше. Лучше найди мне лист плотной бумаги и небольшую металлическую посудину. В идеале серебряную, но вообще любая сойдёт.
— Это всегда делается на бумаге?
Честно сказать, вид начерченных кровью магических знаков вызывал у меня не то, чтобы прямо страх, но уж точно некоторую нервозность. Знала, конечно, что практика это нормальная и не сказать, чтобы уж очень редкая, но не по моей специальности. Сама бы, пожалуй, так не смогла.
— Лучше на мраморной плите, — убийственно спокойно отозвался некромант, старательно выводя сложную руну. — Но где я тебе сейчас её возьму?
— А без неё вообще получится? — уточнила я, чувствуя, как нервозность переходит в мрачную подозрительность.
— Может быть.
— Может быть?! — возмутилась я.
— Зайка, — процедил магистр, не отрываясь от своего занятия, — сядь куда-нибудь, прикрой рот и не лезь под руку, пожалуйста.
Я села на краешек дивана и уставилась в пол. Честно сказать, стало стыдно. Веду себя как типичная дура из ужастика. Та самая, которая сперва достаёт капризами и претензиями, а потом больше всех визжит и паникует. И, разумеется, погибает первой, к изрядному облегчению остальных героев и огромному удовольствию зрителей.
Надо сказать, зрелище вышло пугающим и чарующим одновременно. Нити незнакомой магии вспыхивали, гасли, разделялись и сливались, водя хоровод над рунным кольцом. И в такт пляске нитей раскачивалась, вытягиваясь вертикально вверх из миски, струйка крови. Чтобы в один момент упасть на бумагу, словно карандаш, который перестали удерживать.
— Это что-то значит? — выждав с минуту, опасливо прошептала я, пытаясь разглядеть следы на бумаге.
— Это значит, что владелец безделушки жив.
По тону некроманта невозможно было понять, рад он или разочарован. Да что там, я не могла бы сейчас точно ответить даже какое из этих двух чувств преобладало во мне самой.
Конечно, я злилась на Ричи. И за давние его подвиги, и за недавние — было за что, надо сказать. И я очень бы хотела, чтобы он получил уже наконец по заслугам. Мечтала, чтобы его хитрые планы пошли прахом и чтобы он из-за них опозорился как следует. Но никогда, даже в моменты первой отчаянной злости, я не желала ему смерти. Потому новость меня обрадовала.
В то же время, будь Ричи сейчас мёртв, можно было бы выяснить обстоятельства его смерти и, вполне вероятно, узнать что-то важное о планах злоумышленников. А раз он жив, ничего этого не получится. Более того, вот так исчез он тоже явно неспроста. Может, это тоже часть общего коварного плана, которая запросто может выйти боком и лично мне. Это огорчало. Но не исключено и то, что Ричи всё-таки окончательно зарвался, и его решили сурово проучить, не убивая при этом. Такому повороту мне надо бы как раз порадоваться? Поди-ка разберись, что тут думать…
— И что теперь? — риторически вопросила я.
— Ужинать, — буркнул некромант, поднимаясь с колен и небрежно бросая браслет прямо на свои кровавые художества.
Я озадаченно покосилась на каминные часы, главным образом чтобы не смотреть на следы ритуала, начисто отбивающие мне аппетит. Особенно при мысли, что очень скоро придётся их убирать. Одной. Ночью. В пустом доме. И сколько тут ни убеждай себя, что по факту это всего лишь бумага и миска, заляпанные, но совершенно безопасные, всё равно жутко.
— Так что? — не дождавшись моей реакции, уточнил магистр. — Ты меня угостишь, мне тебя угостить или мне просто выметаться?
В первый момент мне чертовски захотелось настоять на третьем варианте. Но потом я осознала, что если останусь одна прямо сейчас, непременно ударюсь в панику и, возможно, натворю чего-нибудь, о чём потом долго жалеть буду. Поэтому я подавила вздох, отлепилась от дивана и побрела на кухню, смотреть, что мне там оставила мама.
