— Какая вата? О чем ты?
— Дык, это донны Иннелии идея. Надобно спросить у нее.
О-о. Инне внезапно захотелось спрятаться под стол. Потому что цепкий взгляд мессира Йорга немедленно устремился на нее. Кривоватая улыбочка обозначилась на его лице, он неспешно двинулся к стойке и задумчиво произнес:
— Странная идея, не так ли, донна Иннелия?
От его слов сразу повеяло холодом. Все разговоры поутихли, даже очередь желающих поесть поредела. А преподобный, похоже, наслаждался произведенным эффектом.
Положение надо было спасать. Если он уцепится, так недолго и в подвалы инквизиции угодить. Было бы еще за что! А не так, на ровном месте.
Инна прокашлялась и проговорила, отставляя в сторону пакет с лакомством:
— Отчего же, мне кажется, это будет очень необычно и вкусно.
— Надо же? — преподобный подошел вплотную к стойке и впился взглядом в печать на обертке. — И как же у вас возникла эта идея?
Чееееерт…
Он вцепился в нее как клещ. И видно, что интерес нехороший. Надо было срочно вспоминать все, что она знала об этом из прикладной домашней химии и физики. И постараться не выдать ему еще больше информации к размышлению.
— Идея? — проговорила она, глядя на него честными глазами. — Все началось с того, что у меня получился слишком густой сироп.
А потом стала рассказывать про то, как вытягивается из сиропа тонкая нить и ее можно намотать на вилку. И так далее, и тому подобное. В лице преподобного обозначилась скука, очевидно, он ждал другого объяснения.
— Достаточно.
Инна слегка выдохнула, вроде пронесло. А он вдруг спросил без всякого перехода:
— Кажется, у вас тут готовят кофе со сливками?
— Да, мессир, — кивнула Инна с готовностью.
— Можете подавать, — милостиво разрешил тот.
Бросил еще один цепкий взгляд на пакет, отошел и сел за столик. Инна незаметно подозвала Питко и тихо сказала:
— Кофе со сливками. И… — она оглянулась было на пакет со сладостями, которые ей послал Саварэ, но потом подумала, что преподобный перебьется. — И черничный пирог. За мой счет. Принесешь?
— Сделаю, донна Иннелия, — ответил паренек и быстро исчез в кухне.
А Инна выпрямилась за стойкой.
Королевская печать на пакете!
Карл Йорг немедленно узнал ее. Маленькая племянница трактирщика получает пакеты с королевской печатью?! От кого?
Это выглядело подозрительно. Она вела себя странно. Зачем ей было соваться в типографию? А ее поход в банк? А непонятные идеи? Независимые манеры этой женщины вовсе не соответствовали статусу племянницы трактирщика из какой-то захолустной дыры.
Уж не шпионка ли она? А если шпионка, то кем послана и с какой целью?
Это он собирался выяснить.
Однако ее рассуждения на кухонные темы мессиру не понравились, совершенно не соответствовали созданному в его воображении образу. А вот машина понравилась, и даже очень. При виде всех этих вращающихся частей и веревок у него немедленно возникли ассоциации и мысли, как эту машину можно использовать.
А сейчас ему подали кофе с пирогом.
Неплохо для захолустной таверны. Преподобный допил кофе, а потом подошел к мастеру, изготовившему чудо-машину. Осмотрел еще раз и сказал:
— Потом зайдешь ко мне и изготовишь такую же.
Направился к выходу, но у самой двери обернулся. Бросил взгляд на злосчастный пакет и только потом вышел. В таверне еще некоторое время висело молчание, потом Кристоф просипел:
— Это что же получается, преподобный собирается составить нам конкуренцию? Надо срочно бежать к главе города, брать патент.
Бог ты мой… Инна всплеснула руками.
— Подождите, дядя, машину надо еще опробовать. Мы же не знаем, как она работает! Может, у нас вообще ничего не получится.
— Ну-ну, все получится. Ты мне это брось!
Повернулся к мастеру и махнул ему рукой:
— Ты! Запускай! — И ей скомандовал: — А ты, племянница, давай, пробуй.
Инна замялась в нерешительности, это же надо было кассу бросить. Да и очередь голодных там переминалась с ноги на ногу. Трактирщик решил вопрос просто.
— Тибальд, Питко, чего встали, за работу!
В общем, откреститься не вышло. Инна подошла к машине, стала с опаской рассматривать ее. Потом сказала дядюшке, ткнув в него пальцем:
— Если у нас все получится, вы наймете девушек подавальщиц и посудомоек! Надоело быть единственной женщиной в этой таверне.
Кристоф чуть не подавился. Упер руки в бока и засопел, у него даже кусты волос на затылке воинственно встопорщились. Однако Инна была холодна, и в конце концов он сдался.
— Хорошо. Заводи давай, а там посмотрим.
Легко сказать, заводи. Все-таки модель экспериментальная, и неизвестно еще, вдруг все пойдет вразнос и развалится к черту. Сначала прокрутили вхолостую, все это скрипело, но вроде работало. Потом подожгли спиртовку, и спустя некоторое время, когда металлический диск разогрелся, Инна высыпала на него чайную ложку сахара, подождала, чтобы он подтаял, и велела:
— Крути!
К этому моменту уже всеобщий азарт и ажиотаж был таков, что вокруг чудо-машины столпились все посетители таверны. Дюжий рабочий крутнул колесо, но недостаточно быстро.
— Быстрее! Быстрее! Еще! — рявкнула Инна, стоя над тазом с длинной деревянной палочкой наготове.
