Муж для ведьмы полностью

Инквизитор был не так уж глуп и доверчив и понимал — все, что она о себе рассказывает, странная смесь правды и лжи. Его донна Иннелия вся как лоскутное одеяло, состоящее из несовместимых кусочков. Ум, свободные манеры, дерзость аристократки. Манера общения, черт ее побери, лоск! Гийому приходилось видеть женщин и покрасивее, но ведь красота в глазах смотрящего. А в его глазах она была не просто красивой, она была особенной.

Но ни в монастырь, ни в то, что она племянница трактирщика, Саварэ ни минуты не верил. И вместе с тем он видел, что ее и Кристофа что-то связывало, и очень прочно.

Одни загадки и неуловимый флер, аромат тайны и искренности одновременно.

Крепко она зацепила его. Крепко.

Улетая, магистр просил генерала, чтобы на ее имя в Сквартон отправили пакет. Сладости. Представил, как она их будет есть, прикусывая ровными зубами засахаренные фрукты. Кусочек глазури на нижней губе…

Когда понял, что с ним творится, хмыкнул и затряс головой, сгоняя наваждение, а потом засмеялся над собой. Так дело не пойдет, он давно уже не юнец. Но в этом было столько удовольствия, в игре, в предвкушении. Все становилось ярче в разы, все ощущения.

В этот раз он не стал передавать записку. Слишком интимно, не хотелось, чтобы этого касались чужие руки.

Хотел ли он знать всю правду об этой женщине?

Да, наверное, хотел. Но опасался. Но готов был к чему угодно, потому что уже для себя решил.

Солнце перевалило за полдень и перестало нещадно слепить. Но лететь было еще очень долго. Он-то, так и быть, готов был терпеть голод до вечера, это ведь не ему махать крыльями. А вот Черного надо было бы покормить. Но на лету это сделать проблематично.

Придется все-таки садиться на воду.

Однако на воду не пришлось, чуть в стороне он заметил мелкие бурунчики. Отмель перед торчавшей из воды одинокой скалой. Туда он и направил дракона. Покормил и дал ему немного отдохнуть и поваляться на отмели, а сам засел на скале, глядя вдаль.

Чувство странное.

Как будто надо торопиться, а он теряет время.

Все это нахлынуло на него, смешало мысли. По внутренним ощущениям прошло чуть больше четверти часа. Для того чтобы передохнуть, достаточно. Он позвал Черного, взобрался на шею и…

Это было то еще зрелище, как потом дракон карабкался на скалу, чтобы взлететь. И как мостился на узкой вершине. Там места было на три его лапы только.

В конце концов они взлетели. Еще несколько часов лёта, и к вечеру, когда небо на закате уже полыхало красным, а солнце склонялось к горизонту, показался Таргот.

Преподобный отвратительно провел вчерашнюю ночь.

Потому что местные девки годятся разве что для хлева, а не для взыскательного вкуса благородных господ из столицы. Единственная женщина, которая могла бы дать ему удовлетворение, была в данный момент для него недоступна.

И это вызывало бешенство.

Продажная тварь, шпионка, распутная девка. Она с самого начала не подпускала его к себе и этим распаляла до крайности. Йорг сто раз уже пожалел, что не зажал ее прямо в подворотне у лестницы в подвальчик типографии. Получи он свое тогда, сейчас бы уже давно забыл о ней. Но он этого не сделал. И со временем простой интерес превратился в навязчивую идею.

Сегодня. Одно случайное прикосновение, и он едва не сорвался.

Мужчина переваривал жестокую досаду и неудовлетворенность.

И именно в этот момент предложение.

— Ваша милость, у меня кое-что есть для вас.

Сомнительного вида юнец негромко окликнул его. Стоял в проходе между домами и косился по сторонам. Мессир Йорг был так зол в тот момент, даже это могло сгодиться, чтобы выплеснуть свою ярость. Он медленно натянул на правую руку тяжелую перчатку, огляделся по сторонам, а потом почти мгновенно оказался в проходе. Схватил юнца за горло, втащил его за угол и притиснул к стене.