Но сама мысль, что кто-то лазил в ее вещах, копался, руками своими трогал, вызывала отвращение. А злая Инна в тот момент была такая, кажется, разнесла бы тут все. Сбежала по лестнице вниз и позвала Кристофа. Старик сначала спросил:
— Что? Еще что-то надумала?
Но, видимо, по ее лицу понял, что не о бизнесе сейчас пойдет разговор. Поковылял к ней, кряхтя:
— Ох, ноги мои, ноги, отекли, совсем не ходют.
Подошел, увел ее в закуток под лестницей и уже другим тоном спросил:
— Что?! Почему на тебе лица нет?
— В моих вещах кто-то рылся, — сказала она прямо.
Секунду трактирщик смотрел на нее, соображал. Потом спросил:
— Пропало что-то?
— Нет, — качнула головой Инна. — Я смотрела. Так, навскидку, вроде нет, но более детально…
Она пожала плечами. Повисла неловкая пауза. Всегда неловко и неприятно, когда происходит такое и виноват кто-то из своих. Наконец Кристоф спросил:
— Думаешь на кого?
На кого? Кандидатуры у Инны были две. Кэти и Тибальд.
— Хорошо, сейчас. Поднимайся на второй этаж и жди.
А сам ушел. Инна поднялась, ходила по коридору и нервничала. Досадно и неприятно было это все. А еще ей на память приходил Саварэ, и так хотелось, чтобы он скорее вернулся.
«Мы опять не договорили, донна Иннелия. Но я вернусь, и мы обязательно продолжим».
Она невольно вздохнула, потерла себя по плечам и загляделась в маленькое оконце в конце коридора. Вот бы…
Додумать не успела. На лестнице раздались шаги, и очень скоро в коридоре второго этажа собрались Кристоф, Жак, Кэти и Тибальд.
— Так, — коротко, по-деловому, начал Кристоф. — Ты.
И показал на Кэти. Девица и так была бледная, а тут и вовсе побелела, глазки забегали.
— Я, донна Иннелия, ничего не трогала. Да и как я могла?! Я сегодня из кухни не выходила!
— Жак? — спросил Кристоф.
Повар кивнул, подтверждая, что та все время была на глазах. Жаку Инна склонна была верить.
— Все, идите оба.
Повар и посудомойка ушли, остался Тибальд.
— Теперь ты, кум.
Он и до того держался заносчиво, а тут глумливо Инне поклонился и осклабился.
— А если даже и я? Чё такова? Не пропало же ничего, — он покрутил кистью. — Из чулочков ваших.
Боже… Как Инне стало тошно при мысли, что он там своими руками ее вещи трогал. Она готова была сейчас же выбросить все!
Кристоф молчал и тяжело смотрел на Тибальда из-под бровей. Тот, видимо, рассчитывал, что отшутится и все, но холодное молчание затягивалось. И Тибальд засуетился.
— Кум?! Что? Подумаешь, что такого?! Я же пошутил. Не пропало же ничего! — А глаза косят по сторонам, косят.
Кристоф набрал полную грудь воздуха и выдал:
— Значит так. Я тебя предупреждал, что ты к моей племяннице не лезешь больше? Предупреждал!
— Так я ее не трогал!
Инна больше не стала слушать, поднялась к себе и закрыла дверь. Они там препирались еще, ей было все равно. Разделась, забралась в постель и стала думать о Саварэ.
Представила бородатое чудовище в роли инвестора и улыбнулась.
Если так дальше пойдет… В общем, она была не против.
Тибальд после этого забился в свой угол и переваривал. Обида на кума была смертная. Из-за какой-то приблудной девки лишить его положенного жалования на месяц?! Подумаешь, цаца! Нельзя ее трогать!
Но ничего, ничего, он тоже не лыком шит. И кое-что из комнаты той девки прихватил.
А магистр Саварэ в это время как раз добрался до верховной миссии и приземлился во дворе.
И сразу направился прямо к генералу ордена. Старик ждал его сегодня, а он и так порядочно задержался. Уже стемнело, скоро ночь.
Когда шел к кабинету, немного волновался. Слишком важные, на его взгляд, сведения он привез. И то, что касалось его лично.
— А, приехал! — генерал ордена сразу поднялся ему навстречу.
Саварэ даже удивился, насколько взволнованным показался ему этот всегда сдержанный и уравновешенный человек. Сейчас свет толстых суточных свечей озарял его бледное лицо. Глаза лихорадочно блестели, от кустистых бровей глубокие тени.
— Да, — ответил Гийом. — Прошу прощения, что задержался.
Ему неловко было говорить, что задержался он по личным причинам. К тому же не мог отделаться от разных мыслей. Потому что эта женщина слишком много значила для него.
А генерал неожиданно спросил:
— Видел… ее?
И подался вперед, а потом сразу отошел к окну. В первый момент Гийом растерялся, было ощущение, как будто проникли в его мысли. Потом справился с собой и нейтральным тоном ответил:
— Да, я виделся с ней. С донной Иннелией из Таргота.
Генерал ордена побледнел еще больше. Отвернулся к окну и замер.
