– Спасибо, я за рулём. – Андрей едва смочил губы и отставил спиртное.
Отец опрокинул водки.
– Как знаешь. Не передумал ещё за копейки корпеть? – спросил отец. Увидев, что сын покачал головой, продолжил: – Жене привет передавай. Хороша. На мать, правда, твою совсем не похожа, но хороша. И как только она такая терпит тебя с твоей ненормальной работой?
– Терпит? – Андрей усмехнулся: – При каждом удобном случае тебя вспоминает. На острова мечтает уехать на месяц. А ещё лучше навсегда.
– А что? Нормальное женское желание. Никакая нормальная баба не хочет работать, если она – баба, а не мужик в юбке. А обязанность мужика – ей обеспечить это, если он нормальный мужик, а не баба.
– Не слишком ли круто берёшь, пап?
– Посадил дома свою – уважаю. К чему спорить? – Отец наполнил вторую, выпил и закусил парой ложек салата, присыпанного чёрной икрой. – Бери, не стесняйся.
– Спасибо, я не голоден. Я по делу пришёл.
– Не поверишь, я догадался!
– Пап, я веду одно дело, но мне недостаёт информации, чтобы просчитать все варианты.
– Что у тебя там за варианты? Тьфу. Ты просчитал бы расклады, какие мне каждый день выпадают. Ладно, говори.
– Да ты прав, дело пустяковое. У меня в подозреваемых ходит жена Авдея, мне удалось её даже закрыть в изолятор. – То, что Диану из камеры вызволили, Андрей счёл удобным скрыть. – Но сам понимаешь, они заявляют, что у них в семье всё идеально, и ни от него, ни от его жены правды добиться не вышло. А мне бы узнать, как они на самом деле живут.
– Ничего себе – пустяковое! – воскликнул отец. – Авдей – далеко не последний человек в этом городе, к нему просто так не подступиться. И потом, для чего?
– Папа, не скромничай, в нашей базе полно снимков, на которых ты с этим не самым, как ты его называешь, последним человеком в городе разве что не в обнимку.
– Ну да. – Отец хмыкнул. – Мы с Авдюшей – большие друзья. Но ты не ответил, зачем тебе это?
– Его жена подозревается в убийстве. Дело почти раскрыто, но я обязан проверить и прочие версии.
– Какие – прочие?
– Не супруг ли всё это организовал? Не он ли, так сказать, её заказал?
– Заказал, блин. Если Авдей кого и заказал, то концы чисто сбросил. И потом, почему заказал? Тётка жива, как я понял, и здорова. Раз в тюрьме сидит?
– Да я сам ни в чём не уверен. Поможешь?
– Объясни только, мне это зачем? Мне помочь некому.
– Пап, не начинай.
– Что не начинай? Кому я оставлю всё? Своему счетоводу? До чего жалею сейчас, что ты был у нас единственным. – К чести отчима надо сказать, он частенько забывал об отсутствии кровного родства. – И вы всё никак не разродитесь. Был бы внук, может, у него мозги бы на месте выросли. Не на сносях вы?
– Пока нет.
– Пока?! Действительно, что торопиться. Вы сколько женаты, лет десять? Или уже все пятнадцать?
– Тринадцать. Бог даст, всё придёт в своё время.
– А, ну да. По святым местам жену не катал ещё? Чтобы бог-то дал? Ты, как я посмотрю, философ. Андрей, если баба не может родить…
– Пап, я же тебя просил! Мы с Алёной недавно опять прошли полный лечебный курс. Ну не могут врачи определить, почему у нас нет детей! Так что, может, во мне причина. А беременеть из пробирки Алёна отказывается. И между прочим, имеет право.
– А ты проверь! – вскипел отец. – На другой какой-нибудь бабе проверь! Только бабу тщательнее выбирай – вдруг родит тебе.
– Ладно, пап, я пойду. Буду рад, если ты мне поможешь.
– Пойдёт он! В кои-то веки приехал к отцу! Толком не посидели, не выпили, тоже мне, сын называется. Может, партийку? – Отец подкатил передвижной шахматный столик белыми к сыну.
Андрей пожал плечами и пошёл с коня.
– Может, поешь? – Отец двинул пешку.
– В принципе можно.
– У меня новый повар, хвастается умением, а у меня уже даже под водку в рот еда не лезет. Так что бери, на что глаз упадёт, и говори, если не нравится – повара этого в шею.
Сделав ход, Андрей придвинул ближнюю вазочку, подцепил вилкой бурую смесь, попробовал и забросил в рот дольку лимона:
– О! То, что надо!
– Да? – Отец прищурился: – А я туда смотрел, смотрел, да побоялся брать – цвет какой-то и консистенция странная.
– Нормальный рыбный цвет. – Андрей съел ещё.
– Тебе шах.
– Да? – Андрей удивлённо приподнял брови, чтобы скрыть ликование.
Комбинация, которую он задумал, была слишком простой и известной, хотя не лишённой коварства, и отец только что сделал первый шаг к проигрышу. Андрей, как бы в сомнении, двинул фигуру.
– Молодец, грамотно ушёл, – похвалил отец, не поняв, что сделал второй шаг в ловушку.
Андрей знал, стоит отцу присмотреться, он разглядит опасность и успеет уйти, поэтому спросил:
– Пап, а каково это – людей убивать?
Отец поперхнулся:
– С чего ты решил, что я убиваю кого-то? Тебе снова шах.
– Разве нет? Про тебя ходят слухи, что ты поднялся, потому что никому ничего не простил. – Андрей сделал вид, что задумался, хотя точно знал, какую фигуру подвинет.
– Ой, Андрюша, досужие россказни. Наверх пробиваются те, кто раньше других понимает, где побеждает ум, а не сила. Да и на свете есть справедливость, которая всё по местам расставляет.
