«А как целуется», – невпопад подумал Миша, остановившись и прикрыв глаза.
«Дружище, тебя заклинило что ли?» – удивилось второе «я».
«У него давно не было натуралок», – выдал свой комментарий внутренний голос.
«Хватит!» – взревел Михаил, схватившись за голову.
Он бросил взгляд на подъездную дверь.
«Дамы и господа, – принялся подшучивать внутренний голос. – Сегодня мы ведём трансляцию со двора коммуналки, расположенной в одном из самых криминальных районов нашего города. Бизнесмен, Бирюков Михаил Андреевич, решил предпринять попытку по соблазнению временной домработницы, очарованный её упругой грудью, аппетитными ягодицами и волшебными поцелуями».
«Всё не так, – не соглашался мужчина. – Грудь у неё мягкая, а ягодицы упругие».
«Что и требовалось доказать, – хмыкнуло второе «я». – Осёл, ты Миша! Самый настоящий осёл с повадками кобеля».
– Долго ещё топтаться будешь? – донёсся до него голос Маргариты Петровны.
Старушка прищурив глаза смотрела на Михаила. Она стояла около открытого окна общей кухни, держа в руке эмалированный чайник.
Мужчина поднял воротник своего пальто и демонстративно отвернулся от неё.
«А действительно, – наконец, оценил он ситуацию. – Что это я топчусь здесь?» – и взялся за ручку входной двери в подъезд.
«Выпить бы для храбрости», – пришла неожиданная мысль.
«А что же ты до этого делал?» – возмутился внутренний голос.
«Эх, была не была», – проигнорировал мужчина вопрос и зашёл в подъезд.
Он очень быстро отыскал нужную дверь и тут впал в ступор.
Сбоку от двери располагались кнопки дверных звонков…
«Петров», «Ков. Ю.», «Осипов», «Синцова», «Шульга – стучать», «Иван.», «Вольнова зачёркнуто, Боброва».
«Креативно», – обалдел мужчина от увиденного и полученной информации.
«На какую кнопку нажимать-то, умник?» – озвучило второе «я» самый актуальный вопрос.
«Начну по списку», – решил Михаил и нажал на кнопку подписанную «Синцова».
Но никто дверь не открыл.
«Минус один», – улыбнулся мужчина.
«Что ж, – вздохнуло второе «я». – Бирюков и Боброва, просто созданы друг для друга».
Михаил не успел ничего подумать в ответ, как дверь распахнулась, явив «гостю» пузатого мужика в длинном синем махровом халате.
«Если это Боброва, – заметило второе «я», – то, интересно, как выглядит Бобров…»
– Э, – растерялся Михаил.
– Вы к кому? – пробасил открывший дверь.
– Э… Я к Вале, – пояснил «гость».
«Пузатик» молчал.
– К Валентине, – терял терпение Миша.
«Пузатик» молчал.
– Слушай, мужик, дай пройти, – грубо толкнул «пузатика» Михаил и прошёл внутрь.
– Так бы сразу и сказал, что к Ивановой, – закрыл дверь мужчина в халате. – Ходят тут всякие… – оценивающим взглядом прошёлся по вошедшему, заметив и тапочки «гостя», и кашемировое пальто, и помятое лицо.
«Сейчас, я доберусь до тебя, вздорная девчонка, и выскажу всё, что о тебе думаю! – распирало Михаила от злости. – Ещё никто мне не перечил!»
«Ещё никого стоящего у тебя и не было, – вмешалось второе «я». – Ты привык платить своим куколкам, а вот теперь почувствуй, что значит с женщиной, нормальной, пообщаться, которая не смотрит тебе в рот и не требует каждое оскорбление смыть твоей кредитной картой, опустошая её. Такая и ответить может».
В доказательство этих слов Миша потёр скулу.
«Надо же, мне пощёчину залепила!» – потёр другую щёку.
«Ага. Два раза!» – услужливо напомнил внутренний голос.
«И деньги в лицо швырнула», – опять вспомнил мужчина.
«А ещё целовала», – хихикнуло второе «я».
«Я не считаю это за оскорбление», – поправил он сам себя.
«Зато её видно очень задело, – сделало вывод второе «я», – что ты свои губы всем подряд предлагаешь. Ей надо с тебя справку потребовать, что ты никакой заразой не болен. А то, мало ли что… На губы латекс ты не натягивал, однако. Хотя, и там, – запнулся, – тоже, им не баловался…»
«Да, она меня ревновала!», – осенило его и глупая улыбка расползлась по лицу Михаила.
Мужчина замер перед дверью в комнату Вали в нерешительности.
«Извиниться или наорать?» – думал он.
«Постучи, для начала, умник», – предложил внутренний голос.
Он и постучал.
Дверь открылась и…
«А этот что здесь забыл!» – промелькнула запоздалая мысль в голове, когда кулак Михаила прошёлся по челюсти Кости.
Тот не ожидал такого от «гостя» и пошатнулся, схватившись за косяк, выронив куль со льдом.
– Ты! – закричал парень, набрасываясь на мужчину.
– Щенок! Я тебя отучу к чужим бабам приставать! – взревел Михаил нанося удары по корпусу молодому человеку.
– Хватит! – завизжала Валя.
Но её никто не слышал.
Мужчины вцепились друг друга мёртвой хваткой.
– Пожалуйста, – всхлипнула Валя, когда из соседних дверей стали выглядывать жильцы.
– Ставлю сто на лысого, – закричал один из любопытных.
– На Костяна, – закричал другой, потирая ладони.
«Это я-то лысый? – пришёл в недоумение Миша. – Да, у меня самая стильная стрижка».
«В дорогом салоне сделанная, – подколол внутренний голос. – Для них ты «лысый». Смирись! Мог бы «конём в пальто» быть. Кстати, пальтишко-то знатно тормозит нас».
– Давай, лысый, причеши Костяна, чтобы не выпендривался! – подначивал кто-то.
