– Всё рассмотрела?
Валя нервно сглотнула, делая шажок назад, и замотала головой.
«Ага. Так я тебе и поверил. Аж, дар речи от «счастья» потеряла», – ехидно подумал Михаил.
– Понравилось? – сорвалось с его языка.
Женщина покраснела. Она гневно сверкнула глазами и подскочила к мужчине, чтобы дать ему пощёчину за оскорбление, но он разгадал «ход её мыслей», извернулся и схватил за запястье, повалив на себя.
– Ты! – наконец смогла выкрикнуть она, извиваясь на нем. – Что творишь!
– Творишь ты, – растянул он губы в улыбке. – Если и дальше будешь так соблазнительно двигаться, я могу и не сдержаться, – подмигнул ей, явно веселясь.
Валя замерла, подняв глаза на мужчину.
– От тебя несёт перегаром, – внятно произнесла она. – И если ты меня не отпустишь, то я тебе устрою прекрасное представление содержимого своего желудка. Не одному же тебе…
«Так его, девочка! – радостно воскликнуло второе «я». – Задай перцу этому безмозглому мужлану».
«А что я? – возмутился Михаил. – Уж и подразнить нельзя».
«Это больше на спермотоксикоз смахивает», – возразил внутренний голос.
– Э… – Михаил отпустил руки Вали и она быстро вскочила, поправляя свою смешную ночную сорочку.
«А трусики на ней всё же есть», – констатировало сознание мужчины.
«Больной», – протянуло второе «я».
Миша поправил одеяло и принял сидячее положение, силясь вспомнить, где он «оставил» свои вещи.
– Я выйду, чтобы ты мог одеться, – замялась молодая женщина, набрасывая сверху халатик. Простой. Хлопковый. Синий со странными белыми и голубыми цветами.
«Ни вкуса…» – сформировалась у мужчины мысль.
«Молчал бы, – хмыкнул внутренний голос, – эстет».
«Он не эстет, он натурщик», – подкололо второе «я».
Валя вытащила из шкафа какие-то вещи и буквально выбежала из комнаты.
– Эх, – почесал мужчина затылок. – Что-то подрастерял я технику соблазнения.
«Кошелёк-то в пальто остался», – напомнил внутренний голос.
«А причём тут кошелёк?» – не понял Миша.
«Догадайся сам, умник», – фыркнуло второе «я».
Мужчина пожал плечами, окидывая комнату взглядом в поиске вещей.
Футболка валялась на полу около компьютерного столика. Пальто, которое он «забыл» в коридоре, висело на плечиках на вешалке у входной двери. Тапки стояли у стеночки, слева от двери. Носки? Носки были на ногах… Однако это не уменьшало степень обнажённости мужчины.
Трусы и спортивные брюки нигде не наблюдались.
Михаил недовольно засопел, вставая с дивана, обматывая бёдра простыней.
– Что за наваждение! – злился он, как зверь в клетке, расхаживая из стороны в сторону.
– Не на люстре же! – задрал он голову.
Ничего…
Его взгляд пробежался по потолку, пока не наткнулся на… что-то свисающее с верха шкафа.
–Неужели? – то ли удивился он, то ли был шокирован своей экспрессией вчера.
«Надо завязывать с выпивкой», – появилась умная мысль.
«Ну, наконец-то! – ликовал внутренний голос. – А то стыдно смотреть на выходки пьяного бизнесмена Бирюкова Михаила Андреевича. Это ведь такой кладезь для репортёров. Богатый и знаменитый в клоповнике и без трусов. Так и вижу, как продажи жёлтых газетёнок взлетают вверх. А если бы ещё и пару фотографий! Ух! Эксклюзив!»
Мужчина засопел, но промолчал.
Он взял стул, подставил его к шкафу, залез на него, но оказалось, что даже встав на цыпочки не может дотянуться.
Здание было старое, ещё «сталинского образца», потолок в комнате был высокий… И встроенный шкаф тоже…
Михаил одной рукой облокотился на зеркальную дверь шкафа, снова встал на цыпочки, вытянул вторую руку и чуть подпрыгнул. Потом ещё раз. И ещё. И в тот момент, когда он ухватился за брюки и готов был потянуть вещь на себя, простынь сползла с его тела и упала на пол. Мужчина не обратил на это внимание, доставая брюки.
– Да, – вздрогнул он от восхищённого вздоха пожилой женщины. – Таких экземпляров давненько мне не приходилось созерцать.
Михаил быстро прикрылся брюками, которые были у него в руках, едва не упав со стула.
В дверях стояла Валя, а за её спиной Маргарита Петровна.
– Не стесняйся, – не унималась королева Марго. – Такую красоту, тем более, перед зеркалом, не спрячешь, – ехидно заметила она, вталкивая растерявшуюся Валю внутрь и закрывая за ней дверь в комнату. – Как дети, ей-богу, – последнее, что донеслось от неё из коридора.
Миша спрыгнул со стула, стараясь прикрыться спереди своими брюками.
Валя, как фарфоровая статуэтка, стояла практически не моргая, скользя взглядом по телу мужчины. Она с трудом сглотнула, увидев в зеркале отражение Михаила.
«А я хорош!» – возликовал он, наблюдая, как краснеют щёки, шея и грудь женщины в круглом и достаточно низком вырезе фуфайки.
«Впервые вижу, чтобы женщина так реагировала на меня», – то ли удивился, то ли восхитился мужчина.
«Впитывай в себя бесценный опыт общения с женщиной, которую возбуждаешь ты, а не толщина твоего кошелька», – снова принялся поучать внутренний голос.
Михаил удовлетворённо улыбнулся.
«То ли ещё будет!» – загорелись его глаза блеском вожделения.
Валя икнула и наконец отмерла, взвизгнула и отвернулась от него, пряча лицо в ладонях.
– Совсем стыд потерял! – выкрикнула она.
