— Пожалуйста, освободите живот, — она делает знак рукой, и в комнату входят двое медиков: низкая старушка и долговязый молодой человек с мерзкой ухмылочкой.
— Зачем? — инстинктивно сжимаюсь и прячу живот руками. Я им горла перегрызу, если хоть пальцем тронут моего ребенка.
— Нам нужно взять материал на анализ. Ребеночку это не повредит, не беспокойтесь, — сообщает старушка и достает сканер, светящийся фиолетовым цветом.
— Нет! — категорически заявляю я, и ищу глазами встроенных в стену помощников, что должны защитить меня.
— Тогда мы будем вынуждены провести волновое исследование. Это больно.
«
— Для чего вам это нужно?
— Вы подозреваетесь в нарушении закона о внебрачных связях. Если отцовство вашего бывшего супруга подтвердится, с вас будут сняты все обвинения, — холодно чеканит женщина-агент.
— Ладно, — вздыхаю я, пристально разглядывая штуковину, лежащую в руке старушки.
— Вам необходимо лечь, — командует длинный.
— Да-да, ложитесь, так удобнее, — старушка заботливо поправляет подушку, пока я ерзаю на месте, — руки нужно убрать.
Расцепляю пальцы и, сжав их в кулаки, кладу руки на грудь. К низу живота прикладывают светящуюся лампочку, слышу пару щелчков и тихий писк.
— Готово, принцесса.
— Замечательно! — долговязый выхватывает из рук старушки сканер и кладет его в нагрудный карман, — осталось дождаться резуль…
Взрыв на первом этаже дома оглушает. В ушах звенит, и кажется, что мозг сжимается в крошечный узелок. Со стен падают картины, на прикроватной тумбе подпрыгивает лампа, и едкий запах гари щекочет нос.
Агент мгновенно покидает комнату, переговариваясь по ушному устройству, старушка медик, бледнеет и хватается за изножье кровати, будто ее вот-вот сдует ветром, а ее напарник подходит к окну и, встав на носочки, выглядывает во двор.
Второй взрыв уже не кажется таким громким, но от него выбивает стекла, и я понимаю, что он прогремел уже за пределами дома.
Слышу сигналы многочисленных роботов-спасателей, которые спешат мне на помощь, и не понимаю, нужна ли мне эта самая помощь. Мое тело ничего не чувствует. И окончательно впадаю в ступор, когда на пороге комнаты появляется Старс. Высокий, могучий, хоть и в изодранной одежде.
«Живой! Слава богу!» — первое, о чем думаю, когда вижу его.
Он пристально глядит в глаза старушки, и та засыпает, сползая на пол. Переводит взгляд на длинного, и тот панически отступает назад, хрустя битым стеклом.
— Применять воздействие запрещено! — возмущается медик и, насмехаясь, нажимает кнопки на браслете, — нападение! Срочно нужна по…
Старс резко вскидывает руку, и его огромный кулак впечатывается в подбородок медика. Слышу треск костей и хрипы, но рассмотреть, не удается. Старс сгребает меня с кровати и тащит к балкону.
Над нами уже мерцает что-то большое, и я понимаю, что это замаскированное космическое судно, на котором мы должны покинуть планету.
— Ты жив! Старс! — бросаюсь к нему на шею, и он обнимает в ответ так крепко, что трудно вдохнуть. — Прости меня! Я не хотела подвергать тебя этому кошмару. Правда! Я не знала!
— Эйра, мой долг защищать тебя.
— Тебя чуть не убили! Прости!
— Не извиняйся. Это не важно. Главное, с тобой все в порядке. С вами… — он смотрит на живот и снова притягивает к себе, только уже нежно-нежно. И если в стрессовых ситуациях проявляется истинная сущность человека, значит для Старса не все потеряно.
Опускаю глаза и вижу перед собой изодранную одежду, едва прикрывающую почти зажившие раны. Понимаю, что это действие препарата помогло ему очнуться, и вспоминаю о Фрэдо. Ведь это он, как наш ангел-хранитель позаботился обо всем.
— Что с Фрэдо?
— Зачищает территорию. А вот и он!
Мужчина, которого язык теперь уже не поворачивается назвать рабом, врывается в мою комнату, мигом оценивает обстановку, подбегает к медику и достает из его кармана сканер. Через выбитое стекло перемахивает к нам на балкон и кладет ладони мне на лицо.
— Ты цела? — он заботливо убирает какой-то мусор, запутавшийся в моих волосах, — все хорошо?
— Хорошо…насколько это возможно в этой ситуации.
— Осталось немного, и будем в безопасности. Старс, Эйра на тебе, я — за штурвал.
Фрэдо подталкивает нас к невидимому кораблю, и, как только мы оказываемся внутри, меня вжимает в пол. А это значит, что мы набираем высоту. Опять в космос…
Вспоминаю последние минуты, проведенные в бесконечном пространстве, и тело цепенеет. Мне кажется, что я снова в капитанском кресле «Терры» и помощи ждать неоткуда. Пугаюсь звуков, которые издаю в попытках вдохнуть, и понимаю, что меня накрывает паника.
Старс, сидящий рядом на полу, подтягивает меня к себе, кладет мою голову на свои колени и прикладывает к лицу маску.
— Эйра, дыши! Давай, маленькая, вдох…
