Любовь, страсть, поиск гармонии в отношениях с любимым человеком – вот основная сюжетная линия в романе Рут Харрис «Мужья и любовники».Интересно прослежено развитие женского характера, самоутверждение женщины не только как личности, но и как профессионала, дошедшего до высших ступеней управленческой лестницы.
МАЙКЛУ С ЛЮБОВЬЮ
В середине ноября, во вторник вечером, около восьми, Кэрлис вышла из такси у своего фешенебельного кооперативного дома в Верхнем Ист-Сайде. Она все еще не забыла свою убогую однокомнатную квартирку в доме без лифта и именно поэтому могла по достоинству оценить нынешнее элегантное жилище, где за красивым фасадом из известняка ее неизменно, уходила она или возвращалась, приветствовал вежливый привратник. Она кивнула ему в ответ, вошла в кабину лифта и, поднимаясь на десятый этаж, поболтала с лифтером. Выйдя из лифта, она пересекла покрытый толстой ковровой дорожкой холл и отомкнула изящную лаковую дверь, ведущую в ее квартиру. При виде мужа она буквально остолбенела.
– Кирк! Что ты здесь делаешь! – воскликнула она, чувствуя, как сердце останавливается в груди. – Я думала, ты в Лос-Анджелесе.
– Я был в Лос-Анджелесе, – ответил он, улыбаясь и обнимая ее. Он был высок, красив и богат, блестящий бизнесмен, по-настоящему знающий толк в работе корпораций, американский аристократ, наделенный харизмой киноактера, принц Филип, только помоложе, Роберт Рэдфорд, только повыше ростом. У него были светлые, с рыжеватым оттенком волосы, а шрам, пересекавший левую бровь, не портил лицо, а лишь намекал на интригующее прошлое.
– Все это время я думал о тебе и решил себе сделать подарок на день рождения – провести его с тобой.
– Весьма романтично, – откликнулась она, возбуждаясь от его объятий, наслаждаясь его лаской. Она была его женой уже семь лет, но порой, глядя на него издали, все еще не могла поверить, что она и впрямь замужем за таким человеком. Золушка и Принц. – Когда ты вернулся?
– Сегодня днем, – сказал он, протягивая ей небольшой сверток с маркой магазина «Тиффани». Хоть это был его день рождения – исполнилось сорок восемь, – преподносил подарок он. В самом начале их брака он запретил ей отмечать его дни рождения. Ненависть Кирка к дням рождения казалась Кэрлис совершенным капризом, но со временем она свыклась с этой причудой мужа.
Он смотрел, как она разворачивает сверток. В ее зеленых глазах вспыхнул радостный и жадный блеск. Она извлекла из коробочки три толстые нити из слоновой кости и тут же примерила их. Прямо-таки животная страсть Кэрлис к вещам всегда восхищала его; первая его жена вообще их не замечала.
– Нравится?
– Ну конечно, что ты спрашиваешь! – сказала она, поворачивая подарок так и сяк, чтобы получше разглядеть и по-настоящему оценить чудесные браслеты от Перетти. Как это похоже на Кирка – делать подарки, подумала она. Он с трудом облекает свои чувства в слова – вместо этого он делает подарки. Подарки, говорящие: «Я люблю тебя. Извини. Ты для меня – все». Подарки, смысл которых ей следовало расшифровать. – Я прямо-таки без ума от них.
Она улыбнулась и, обняв его, поцеловала.
– Что это за поцелуй, – обиженно протянул он, и поначалу слегка, а затем прижимаясь все крепче он впился ей в губы, возбуждаясь от привычного, слегка пряного запаха и ощущая, тоже привычно, ее чувственное тело.
На следующее утро Кэрлис приготовила ему завтрак и едва успела поцеловать его на прощание.
– Я без ума от браслетов, спасибо, – сказала она, уже успев надеть их.
Она открыла дверь, и, подхватив чемоданчик, он вышел, чтобы вновь отправиться на Западное побережье, где его ждали партнеры по переговорам.
Кэрлис еще раз поцеловала мужа, улыбнулась и закрыла дверь. Она принадлежала к категории тех женщин, которые спокойно воспринимают постоянные деловые разъезды мужей, живут насыщенной жизнью, делают карьеру, имеют мужа и страстного любовника.
