Погода с утра была ужасная. Мокрый снег, ледяной ветер… Федор Федорович решил, что сам на такси заедет за дамами и мальчиком, и позвонил в десять часов Елизавете Марковне, предупредить.
– Спасибо, голубчик, погода и впрямь не сахар. Это очень мило с вашей стороны.
А Августа Филипповна спросила у дочери за завтраком:
– Ирка, а чем обусловлен выбор ресторана?
– Это я выбрала! Там хорошо готовят мясо. Я предлагала ему позвать вас в ресторан гостиницы, там их два и оба отличные, но он счел это неудобным… – Ираида вдруг зарделась.
– О, узнаю Федора Федоровича, – воскликнула Елизавета Марковна. – Сама деликатность.
– Ладно, поглядим на этого героя.
– Я сама приеду в ресторан, – сказала Ираида, убегая в театр.
Федор Федорович заказал машину представительского класса, чтобы пожилым дамам и мальчику было удобно и просторно. Он здорово волновался и долго думал, не надеть ли рубашку с галстуком, но потом вспомнил, что даже не взял с собой ни галстука, ни соответствующей рубашки. Ему стало смешно. Вот до чего дожил, надо же…
Он подъехал к дому, которого еще не видел, позвонил Елизавете Марковне сообщить, что уже внизу. И стал ждать, в сильном волнении прохаживаясь возле подъезда. Первым оттуда выскочил мальчик, страшно похожий на Ираиду. Красивый, аккуратненький…
– Ты Саша?
– Да. Здрасьте. Какой вы…
– Какой? – улыбнулся Федор Федорович.
– Здоровенный! – определил Сашка.
– Ну уж какой есть! Давай знакомиться. – Он протянул мальчонке руку.
Тот мгновение помедлил, а потом протянул свою. Федор Федорович осторожно пожал протянутую ладошку.
Но тут из подъезда вышли дамы.
– Августа, позволь тебе представить, Федор Федорович Свиридов!
Будущая теща до такой степени отличалась от бывшей, что Федор Федорович радостно улыбнулся и поцеловал ей руку.
– Очень приятно, – ответила Августа Филипповна, – экий вы богатырь…
Он обезоруживающе улыбнулся. Кажется, я понимаю свою дочь, невольно подумала Августа Филипповна.
Он усадил дам в машину. Сашка с любопытством смотрел на бабушку. Ему этот дядька понравился. Очень хотелось расспросить его про Апельсиныча, но он пока стеснялся. Лучше будет при маме, решил он.
О чем говорят малознакомые люди в неловкой ситуации? Разумеется, о погоде. Вот и Федор Федорович тоже заговорил о ней.
– Сегодня как-то очень промозгло. И ветер… Я утром вышел на Невский, так с Невы дуло ужасно, я даже не ожидал, вышел без шарфа… Пришлось вернуться…
– А я смотрю, вы и сейчас без шапки, – заметила Августа Филипповна.
– А я шапку надеваю только в лютый мороз. Не люблю. Да у меня здесь и нет шапки.
Боже, что за пытка мне предстоит, подумал Федор Федорович. Пока не появится Ира… Но тут на помощь пришла Елизавета Марковна, которая заговорила о какой-то петербургской балерине, которую она видела по телевизору. Поддержать этот разговор Федор Федорович не мог при всем желании, а Августа Филипповна, тоже ощущавшая неловкость, с восторгом поддержала.
Наконец машина остановилась. Федор Федорович выскочил, помог дамам выбраться. Протянул руку Сашке.
– Я сам!
– Прости, брат, я по инерции, – сказал Федор Федорович.
– …Мы ждем еще одну даму, – сообщил Федор Федорович подбежавшему официанту. – Дамы, может, пока по чашке кофе или чаю?
– Да нет, лучше просто воды, без газа, – попросила Августа Филипповна. От волнения у нее пересохло в горле. Вопреки ожиданиям, этот мужлан даже нравился ей. Несомненное обаяние, вынесла она вердикт. Про себя, разумеется. Но столь обаятельные мужчины бывают весьма ненадежны, пыталась она противостоять первому впечатлению. Но тут появилась Ираида. Она так сияла, что мать даже испугалась.
– Вы уже здесь! А я думала, я первая буду.
Федор Федорович поднялся ей навстречу и тоже просиял.
– Да по ним все ясно, даже невооруженным взглядом видно, это любовь, – шепнула Елизавета Марковна подруге.
– Как Саша похож на маму, такие же удивительные глаза, – чуть хриплым голосом проговорил Федор Федорович.
Ираида поцеловала его в щеку, а он поцеловал ей руку.
«И манеры хорошие, черт бы его побрал!» – подумала Августа Филипповна.
Наконец все занялись меню.
– А можно мне колу? – тихонько спросил Сашка.
– Это надо спросить у мамы, – осторожно ответил Федор Федорович.
– Ладно, так и быть, – кивнула Августа Филипповна. – Ради такого случая – можно.
– А какой у нас случай? Хотелось бы знать, когда человеку можно пить колу?
Все засмеялись смущенно, а Федор Федорович вдруг обрадовался.
– Сегодня, Саша, такой случай… Боюсь, в ближайшем обозримом будущем такой не представится. Я сегодня прошу у тебя и у бабушки руки твоей мамы.
– Я согласен! – сразу заявил Сашка. – И я… как это… благословляю вас!
Ираида зарделась и обняла сына.
– Сашка, ты такой молодец! – шепнула она ему.
– Бабуль, а ты что скажешь?
– А что я могу сказать в такой ситуации… – пожала плечами Августа Филипповна. – Главные действующие лица, похоже, согласны, что мне остается… – слегка обиженным тоном произнесла будущая теща. – Но у меня, как у бабушки и матери, есть два условия, надеюсь, они всем покажутся вполне разумными.
