Музыка Гебридов полностью

Удивлённая Амелия едва нашла в себе силы на благодарности. После очередного реверанса, когда принц Уэльский велел ей уйти, она отвернулась к дверям, которые открыли для неё слуги, и с огромным облегчением выдохнула. Самое страшное было позади. Ничего более не оставалось, лишь ждать и уповать на этот раз не на Господнюю милость, но на милость Бога на английской земле – на принца.

Сама Амелия и понятия не имела о том, когда именно состоится у её супруга аудиенция с будущим королём. О том, что через пару дней они покидают Англию и возвращаются на Гебриды, она узнала от хозяев дома, что, по большей степени, её обрадовало. Томас так и не стремился к сближению после памятной ночи, о чём Амелия искренне сожалела, но сделанного было не вернуть. Скоро они отправятся на острова, где окончательно решится вопрос о её будущем. Оставалось лишь дождаться решения принца. И записка от Стерлинга, попавшая ей в руки накануне перед отъездом, всё разъяснила:

«Я знаю о том, что Вы встречались с Его Высочеством. Знаю, поскольку во время моего визита в Виндзоре, он выразил желание откровенно со мною поговорить и часто упоминал Вас. И я догадываюсь, что Вы решились на столь дерзкую выходку из-за меня и тех слухов, что распространяли герцог Камберлендский и граф Бьют. Принц оказался впечатлён Вашим с ним разговором. Не понимаю, как именно, но Вы своего добились. За это я благодарен. Поэтому мы возвращаемся на Гебриды, чтобы за сезон подготовиться для переезда в Вестминстер, ближе к Сент-Джеймсскому дворцу. У Вас будет достаточно времени примириться с этим фактом дома. Советую не тратить драгоценные минуты и попрощаться с Вашим любовником раз и навсегда. Вы никогда больше не увидите его, и я клянусь, что обеспечу Вам затворническую жизнь в Англии, под крылом Его Высочества».

После прочтения ей захотелось разорвать этот листок на маленькие кусочки и спалить их в камине, но она этого не сделала. Амелия смяла записку в кулаке и просидела вот так, опустошенная и потерянная, ещё очень долго.

Глава 22. Возвращение МакДональд

«Всё, что зрится, мнится мне.

Всё есть только сон во сне».

Эдгар Аллан По

***

Поначалу она тосковала. Затем отчаялась. А через несколько дней смирилась. На островах всё было по-прежнему, ничто не изменилось ни в замке, ни за пределами владений Стерлинга. Разве что малышка Дженни стала чуть менее расторопна, зато более привлекательна. Клейтон почти не отходил от неё ни на шаг, и Амелия, наблюдая за будущими супругами со стороны, всё больше себя ненавидела. Видеть собственного мужа каждый день и оставаться для него пустым местом, было куда тяжелее, чем она предполагала прежде. Томас сторонился её, а при встречах одаривал лишь холодным безразличным взглядом.

Несколько долгих тоскливых дней она не могла ничего выяснить о команде Диомара. Частые визиты на рынок в Сторновей оказались бесполезны. К тому же вездесущая Магдалена настаивала, чтобы молодую баронессу повсюду сопровождала «свита» из прислуги. От них невозможно было укрыться даже на несколько минут. И в церкви, где Амелия продолжала усердно молиться за Мегеру, старика Скрипа и остальных, а также за своего мужа, Магда не спускала с девушки глаз.

Всю первую неделю мая, тёплую, но пасмурную, когда местные готовились праздновать приход лета и устраивали фестиваль трубочистов, Стерлинг был занят в городской конторе очередной судоходной компании, которую молодой Георг приказал прибрать к рукам. Амелия бродила по знакомым узким улочкам Сторновей, по рыночной площади, мимо крикливых торговок и беспризорников, сновавших туда-сюда в надежде стянуть у какого-нибудь пьянчуги кошелёк. Она уже не оборачивалась на каждого подозрительного незнакомца, не провожала моряков долгими взглядами в надежде, что они окажутся шпионами Диомара. Покупки и болтовня с торгашами её не занимали, а Магда попутно пыталась пристыдить её за недостойное баронессы поведение. Амелия слушала няньку вполуха и шла дальше.