В «Твин Пиксе» Алиса села за столик в тени и заказала чай со льдом. Через дорогу от окружного аэропорта располагался кинотеатр под открытым воздухом – наследие 50-х годов. Группа небольших самолетов была привязана к земле, как стая птиц. Один стоял с заведенным мотором. Наверху был открыт люк, и на крыле стоял пилот. Алиса вспомнила один летний вечер, когда несколько лет назад друг Бадди Винс посадил их в самолет и отвез в Портленд на ужин. Бадди поедет с ней или без нее, сказал он тогда. Она колебалась, и он спросил, от чего ей так страшно.
– Не знаю, что мы разобьемся? Умрем? Ты как думаешь, олух?
Он засмеялся и напомнил, что по статистике она вероятнее умрет в автомобильной аварии, а не авиакатастрофе. И она полетела. Вспомнила, каким красивым был тот полет. Облачное небо, западный ветер колошматил самолетик, когда то устремились вперед по трассе. Как только они взлетели, полет пошел спокойно. Алиса летела над облаками и смотрела вниз на потухшие кратеры, торчащие из белого моря. Горы Худ и Джефферсон на юге и горы Адамс, Сент-Хеленс и Рейнир на севере подсвечивались розовым цветом в лучах закатного солнца. Она сидела сзади на маленьком самолете и смотрела на профиль своего мужа. Когда Винс дал ему порулить, Алиса почувствовала, как уходит волнение. Она посмотрела вниз на реку облаков, извивавшуюся над долиной как зеркальное отражение реки. За Бадом Райаном она последует куда угодно.
Хлопнула дверца машины, и она увидела, как к ней направляется Рон в униформе шерифа. Она стояла на месте. Он не улыбался, но и не хмурился. Она не знала, что ей делать. Пожать руку? Рон выглядел так, будто ему также неловко, как и ей, когда они подошли лицом к лицу.
– Здравствуй, Алиса, – сказал он.
– Привет, Рон. Спасибо, что приехал, – поблагодарила Алиса.
Повисла неловкая пауза. Она показала на униформу.
– Ты на дежурстве?
Он покачал головой.
– Только освободился. Не было времени заехать домой переодеться.
Она кивнула и присмотрелась к нему. Он нервничает?
– Я возьму что-нибудь… – он ткнул большим пальцем через плечо. – Тебе что-нибудь надо?
Она отказалась. Рон пошел к автомату по продаже напитков и вернулся с кока-колой. Он присел напротив нее, вертя в руках запотевшую банку.
– Давно не виделись, – сказал он.
Алиса согласилась.
– Да, давно, – ответила она. Больше года, подумала, и они оба это знали.
Она посмотрела ему в лицо, которое было ей так хорошо знакомо. Рон был на шесть лет старше Алисы, в этом году ему исполнится пятьдесят. В светлые волосы начала закрадываться седина. Гусиные лапки вокруг глаз стали еще больше. Но в остальном это был тот же Рон. Бывали времена, когда она чувствовала от этого человека братскую любовь. Не важно, что сейчас Рон все еще ненавидел ее и винил в смерти Бада. Ей просто нужно передать сообщение, и они смогут вернуться к безмолвию предыдущего года. Но по какой-то причине, она продолжала говорить о других вещах.
– Я видела Ронни на днях, – сказала Алиса. – Слышала, он тоже присоединился к вашему департаменту.
– Угу. Прошлой осенью, – пробурчал Рон и фыркнул от смеха, потирая шею одной рукой. – Ты знаешь Ронни. Все еще пытается найти свое место в жизни.
Алиса кивнула.
– У него все будет хорошо, – проговорила она. – Он хороший мальчик.
Рон посмотрел в сторону аэропорта и снова на Алису.
– Он сказал, что с тобой живет пара детей и работает на тебя, – сказал Рон.
Он вопросительно поднял брови, как бы из вежливости. Конечно же, Ронни ему все рассказал о полуразрушенном трейлере Гарри в Бизи Корнере и Джейке на коляске с придурковатой прической.
– Они мне очень помогают, – сказала она.
Рон кивнул.
– Хорошо, что у тебя есть пара рабочих рук.
Его слова звучали неестественно.
– Ты знаешь, что нам всегда можно позвонить, – сказал он и посмотрел на нее и потом снова в сторону аэропорта. – Мне и моим ребятам, я имею в виду.
Алиса не знала, что ему ответить.
Рон прокашлялся и посмотрел вниз, на стол. Тишина тянулась бесконечность, пока Алиса ждала, когда Рон снова заговорит. Когда он наконец посмотрел ей в глаза, его лицо было окутано печалью.
– Послушай, Алиса. Я сказал тебе ужасные вещи, после… Он остановился и сделал вдох. – После того, как умер Бад. Возможно, непростительные вещи. Я просто… Просто было так больно его потерять.
Рон уставился на стиснутые в кулаки руки, и она видела, как у него слезы накатывают на глаза. Слова выходили непрерывным потоком.
– Я думаю о нем каждый день, и обо всех тех вещах, которые я тебе наговорил. Я хотел позвонить тебе и сказать, насколько сожалею обо всем. Я не думал, что ты когда-нибудь со мной заговоришь. Я просто… Прости меня. Я не должен был никогда…
У него сорвался голос.
Алиса снова поняла, насколько оказалась слепа к боли семьи Бада после его смерти. Она заперлась внутри себя, не пытаясь разобраться в их чувствах. У них достаточно народу, чтобы самим себе помочь в конце концов, подумала она, решив, что это немного облегчит их ситуацию. Как она могла быть такой эгоистичной? Она протянула руку и взяла его за рукав.
