Она услышала эхо своего голоса, когда говорила ему, что можно вычесть питание и проживание из зарплаты. Забудем, что в то утро она отмахнулась от идеи пригласить ВВОФеров-иждивенцев. Слова просто скатывались у нее с языка.
Мальчик смотрел на бумажку без эмоций и с нескрываемым удивлением, впрочем, как и сама Алиса.
Тут Эд снова разъярился и вернулся к жизни:
– Эй, дамочка, не суйте свой чертов нос не в свое дело! Не то я выведу вас отсюда и провожу до самого Оделла, так что кости не соберете, если не уедете сейчас же с моего проезда!
– Эдвард, пожалуйста! – Тэнси схватила своего мужа за руку.
Алиса почувствовала, как белый жар снова опускается на голову и снова с упоением предалась своей фантазии о том, как нанести увечья этому мужчине. Она услышала соседей, которые открывали окна и двери, чтобы послушать. Рассудок подсказывал, что она не способна причинить кому-то вред. Конечно, нет. Она же Хольцман. Но все равно, Алиса почувствовала, как у нее по жилам течет что-то новое – неистовство, которое каким-то образом приносило ей невозмутимое спокойствие. Она посмотрела Эду прямо в глаза.
– Ну давай, попробуй, – сказала она ровным голосом. – А я позвоню шерифу. Он мой деверь.
– Дамочка, если бы у вас хватило мозгов, то… – прошипел Эд.
– Шикарное предложение, Алиса! – воскликнул Джейк. – Я вообще прямо сейчас готов с вами поехать. Погодите здесь немного.
Мать мальчика отступила назад, сложила руки на груди.
– Джейкоб, – рыдала она.
Эд с усмешкой посмотрел на своего сына.
– Ишь ты, работяга нашелся! И как ты думаешь, у тебя это получится, а? – прошипел он.
Глаза у Джейка стали словно стеклянные, когда он уставился на своего отца.
– Наверное, надо просто посмотреть, что выйдет. Не так ли, Эдди?
Когда он назвал своего отца Эдди, Алиса увидела, как тот снова стушевался. Он открыл было рот, но так ничего и не произнес.
Мальчик выпрямился в коляске, как будто ярость Алисы зажгла что-то и в нем. Это что-то ярко полыхало в его глазах и несло вперед. А потом Алиса осознала, что выезжает из пыльного двора и едет мимо безногого ослика, на заднем сиденье в ярких апрельских лучах сидит восемнадцатилетний Джейкоб Стивенсон с горящими глазами, а в колонках играет Брюс Спрингстин.
Ну и что я, черт возьми, натворила в этот раз, подумала Алиса.
Я открыл, что пчелы часто узнают чужаков по их
Если Гарри что-то и узнал за почти четверть века, которые он провел на планете Земля, так это то, что люди всегда считали его тупицей, когда видели в первый раз. И он не мог их в этом упрекнуть. Он легко поддается чужому влиянию и иногда следует за другими, даже если на каждом повороте на него смотрят указатели «не туда».
– Зачем ты пытаешься каждому угодить? – спрашивала его мать. Она задавала этот вопрос с четвертого класса, когда Гарри позволял мальчикам из старших классов «занять» у него денег и приходил домой голодный. Он знал, что мама пытается так помочь, но по правде говоря, это все равно, что называть его тупицей, только помягче.
– Эти мальчики не собираются с тобой дружить, сынок, – говорила мама. – Знаешь, как это можно понять?
Гарри покачал головой и откусил сэндвич с арахисовым маслом, который она для него приготовила.
– Они хотят, что-то у тебя забрать. Друзья дружат, потому что они нравятся друг другу.
Гарри не совсем понял, но кивнул. В следующий раз, когда он потеряет деньги на обед, он подумает о том, что она сказала. И в тот день, когда одолжит соседским детям свой велосипед, чтобы скатиться с горки на пустой парковке, и приедет домой с погнутым колесом. А в следующий раз, когда его арестуют за то, что он помог своим друзьям перевезти грузовик, битком набитый телевизорами с плоским экраном.
– О чем ты только думал! – орала на него мать в машине после того, как заплатила за него залог. У него не было ответа на этот вопрос. Гарри сутулился на сиденье от стыда и усталости. Предыдущую ночь он провел в СИЗО в компании старого выпивохи, от которого воняло мочой, и набрался храбрости позвонить своей матери, когда не смог больше выносить этот смрад.
– Гарри! Почему ты молчишь, сынок!
Мама редко на него кричала, говорила, что мать не должна себя так везти, и теперь, когда дело дошло до крика, это значило, что инцидент действительно серьезный. Но у Гарри не было для нее никакого объяснения. Он мог только признать, что настолько тупой, что позволил своим друзьям уговорить его сесть за руль грузовика с украденными телевизорами и поехать к покупателю, который оказался копом под прикрытием.
