О чем он только думал? Точно не о том, что доводы Марти не вязались друг с другом.
– Чувак. Ничего не поменялось с поры Occupy[6], – сказал Марти однажды, когда они стояли у витрины салона Three-O-One. – Один процент населения все еще держит в своих руках всю власть. Система коррумпирована. Они нам должны.
Марти сделал длинную затяжку и отбросил сигарету на тротуар. Сэм кивнул, и Гарри тоже кивнул, хотя не был уверен, под чем он подписывается. Он просто не хотел, чтобы они считали его размазней и слабаком. Ему казалось, что Марти сам почти входит в этот один процент. По крайней мере его отец там был – чувак владел сетью домов престарелых, раскинутых по Атлантическому побережью. Марти часто хвастался тем, как отец крутит схемы с Medicare[7] и виллой на острове Флорида-Кис. Отец и его брал на работу. И хотя Марти всем видом демонстрировал, что он ненавидит работать на отца, семейный бизнес он все-таки унаследует. Короче, вся эта подоплека Робин Гуда не имела обоснования. Гарри об этом знал – предложение Марти стырить поставку электроники из магазина, где работал его двоюродный брат, революцией и не пахнет. Скорее криминальная подработка.
В итоге Гарри сделали водителем, и потом он вспоминал, почему Марти и Сэм договорились об этом заранее. Они смылись, когда коп достал полицейский жетон. Гарри сидел в машине, скроллил ленту на Фэйсбуке и ничего не заметил. Чтобы привлечь его внимание, копу пришлось постучать в окно. Арестовали только Гарри.
Судья приговорил его к одному году заключения в тюрьме общего режима за попытку кражи в крупном размере. Он выглядел разочарованным, и из-за этого Гарри почувствовал себя еще хуже.
– Мистер Стоукс, – сказал он, – для вас это хорошая возможность начать все с чистого листа. Пока вы не далеко ушли по этой скользкой дорожке, вы еще можете измениться.
Мама высморкалась и сдержала всхлип. Сал сидел рядом с ней, скрестив толстые руки, с раздутыми от гнева ноздрями.
Когда Гарри переехал на запад, он надеялся убежать от неудачных решений, и ему казалось, это можно назвать попыткой измениться. Родителям хотелось верить, что это движение в новом направлении. Принятие того, что Гарри наконец-то начал жить своей жизнью; а мама и Сал смогут переехать во Флориду, не испытывая угрызений совести. Гарри не хотел, чтобы они продолжали за него беспокоиться. Но Сиэтл оказался большим и сложным городом. Одноклассник, который пригласил его в гости, выглядел не очень обрадованным, когда он приехал. Лучше бы сначала позвонил, подумал тогда Гарри.
И все равно, Джефф молодец, что позволил ему остаться на неделю. Подружка Джеффа Сильвия очень ясно дала понять, что она ему не рада. Когда она сидела дома после работы, то находилась только в спальне, а когда Гарри и Джефф сидели в гостиной, предаваясь воспоминаниям о старшей школе, бесшумно и без единого слова прокрадывалась через гостиную на кухню. Пассивная агрессия Сильвии вызывала гнетущее чувство, и он начал искать свое собственное место жительства. Он даже поговорил с менеджером в доме Джеффа и начал заполнять заявку. Дойдя до проверки судимости, он засунул бумагу в сумку и пробормотал, что забыл свое удостоверение[8]. Кто сдаст квартиру бывшему заключенному?
Он шел по мрачной набережной Сиэтла, где к массивным пирсам были пришвартованы огромные контейнерные суда. Пахло креозотом и морской водой. По дорожке прыгали чайки, кричали и выхватывали друг у друга мусор. Шквалистый февральский ветер дул над охваченным штормом Пьюджет-Саунд, и пасмурные облака закрывали горы Олимик. Дождь капал увесистыми каплями, а потом совсем разошелся, превратившись в ливень. Гарри нашел укрытие под сухой крышей рынка «Пайк Плейс Маркет» и обнаружил себя рядом с башенкой отполированных яблок. На указателе написано: «Фамильный яблоневый сад: Пепин, Бребурн и Гравенштайн из долины Худ Ривер!» Гарри взял кусочек порезанного на пробу яблока и, положив его в рот, вспомнил, что его дядя по матери жил где-то рядом с Худ Ривером. Он попрощался с Джеффом, запрыгнул в автобус «Грейхаунд»[9] до Худ Ривера и с пересадками добрался до Бизи Корнера. После Сильвии, дядя Гарольд поприветствовал его достаточно тепло. Гарри не знал, это гостеприимность такая или старческий маразм, и знать не хотел. Но тем не менее если у него и были какие-то положительные изменения в Сиэтле, они были теперь утеряны здесь, в лесу.
В кафе «Ривер Дэйз» Мойра дала Гарри свой ноутбук и показала раздел местных объявлений, разбитый по тематикам. Он впервые смотрел на вакансии в сфере благоустройства участка с тех пор, как его мать и Сал наняли его много лет назад, правда платили они ему плохо. Мойра сказала, что на такие вакансии брали мигрантов-мексиканцев, и это сбивало цену за работу.
