— Неделя? — пискнула она, ее голос дрогнул.
Рис попытался развести нас в стороны.
— Ну, ладно, это действительно смешно, но вы двое можете остановиться уже на этом, — заявил он. — Позволь мне напомнить тебе, что у Эбби, как и у нас, запланировано турне, на котором она должна присутствовать. Никто никому не должен ничего доказывать, понятно?
Я оторвал взгляд от Эбби и посмотрел на него.
— Тебя это не касается, чувак. Это только между мной и Ангелом.
— Эбби, — прорычала она.
Я выгнул брови, глядя на нее.
— Ну, так что, Ангел?
В ее синих глазах вспыхнула ярость, а потом Эбби развернулась. Протопала к Брайдену и выхватила у него телефон.
— Гейб, планы изменились.
Глава 3 Эбби
— Ты с ума сошла? — распалялся мне на ухо Гейб. С тех пор, как я забрала у Брайдена телефон и сообщила ему о пари, его голос поднялся на октаву. Я отошла подальше от парней, практически вернувшись в спальню, куда влетела не больше двадцати минут назад.
Как только я поняла, что меня никто не слышит, я ответила:
— Нет, большое спасибо, но я совершенно нормальная.
Я снова была на громкой связи с парнями, потому что следующим вмешался Эли:
— Послушай, Эбстер, мы все знаем, когда твой характер берет над тобой верх, а когда ты ведешь себя как испорченная девчонка в духе «я привыкла получать свое». Но ты борешься не с кем-то из нас, этот придурок — мега рок-звезда! Поверь мне, ты ничего не обязана Джейку Слэйтеру. А после сегодняшнего даже не увидишь его больше, поэтому я советую тебе покончить с этим дурацким пари и убраться к черту из этого автобуса! Сейчас же!
— А что такого, Мэтью Элайя Ренард? Только не говори мне, что сейчас ты ругаешься на меня. Как твои небезызвестные подвиги с девушками во время и вне турне отличаются от того, что бывает у Джейка? Что бы мама с папой сказали? — упрекнула я его в трубку.
— Не дерзи мне, Эбигейл Элизабет! — возразил он.
Я шумно выдохнула и прислонилась к стене.
— Да ладно вам, ребята. Турне есть турне. Все это опыт, так что, в конце концов, для меня это будет отличной возможностью.
Эли простонал.
— Возможностью для чего? Быть униженной, пожираемой глазами и потенциально совращенной на одной из зараженных венерическими заболеваниями постелей?
Закатив глаза, я ответила:
— Нет, я просто думаю, что было бы полезно посмотреть на внутреннюю работу другой группы. И думаю, ты очень несправедлив и предвзят к этим парням.
Ну ладно, может, он и прав насчет наличия таких мыслей у всех, кроме Брайдена, но я не сдамся и не позволю Эли это узнать — я никогда не услышу концовки этой истории.
— Эбби, ты же двадцатиоднолетняя девственница, у которой нет опыта с мужчинами, помимо отношений с двумя молодыми солистами групп. Да и с теми у тебя, наверняка, дальше первого этапа не заходило.
— Ха, да будет тебе известно, что с Полом был и второй! — В тот момент, когда слова слетели с моих губ, я съежилась. Последнее, что мне было нужно, чтобы мои братья знали о моем сексуальном прошлом... или его отсутствии.
— Мне нужно избавиться от картинки, которую я только что себе представил, — простонал Гейб.
— Дело твое, — проворчала я.
Эли фыркнул в трубку.
— Независимо от того, что ты делала или не делала, но нам, поскольку мы парни и у нас есть члены, известно немного больше о том, что группа «Сбежавший поезд» думает о тебе сейчас: все они, может, кроме женатого, хотят с тобой переспать! — рявкнул он.
Я выдохнула в тот же момент, когда на другом конце провода раздался шлепок.
— Не говори ей такие вещи, — сделал выговор Миха.
Я была рада, наконец, услышать его голос. Из всех ребят он был самым застенчивым, глубокомысленным, с нежным сердцем и глубокой как океан душой.
— А ты что думаешь, Майк? — спросила я.
Он глубоко вздохнул.
— Помимо того, что я разделяю мнение ребят, я еще пытаюсь смотреть на это, как на важное стечение обстоятельств. Ты — яркий лучик, Эбби, и кто знает, сколько хорошего ты сможешь дать этим парням за столь короткий отрезок времени.
— Точно. Мама с папой воспитывали нас давать людям всех общественных положений и обстоятельств шанс, правильно?
Прежде чем Миха успел ответить, Эли истерично засмеялся.
— Черт, если ты хотя бы на минуту допускаешь, что папа одобрит твое пребывание в автобусе с четырьмя настоящими рокерами, то ты сошла с ума.
Упоминание о нашем отце погасило мою уверенность. О, Боже, что же я наделала? Он убьет меня. Двадцать один мне или нет, но чрезмерно опекающие отцы, похоже, никогда не осознают, что их дочери уже стали взрослыми.
На мое молчание Миха сказал:
— Не беспокойся, Эбби. Я поговорю с ним и попытаюсь все сгладить. В конце концов, мы все знаем твой настоящий характер. Мы знаем, что ты в состоянии это сделать и не поддаться искушению. Верно?
— Ну, да, конечно.
— Тогда с нетерпением жду нашей встречи через неделю.
— Я тоже, Майк.
Он шумно выдохнул в трубку.
— Но даже не думай, что я не буду звонить каждый день, чтобы проверить тебя... может, дважды.
Я рассмеялась.
— Меньшего я от тебя и не жду.
— Люблю тебя, Малышка.