— Ха-ха! Да, я придурок, что сказал такое! — покатился он со смеху. — Приношу свои извинения, Сьюки... то есть, Эбби. — Потом он протянул ей руку. — Меня зовут Алехандро Хоакин Ресендиз, иначе известный как Эй-Джей — исключительный барабанщик «Сбежавшего поезда» и твой потенциальный латиноамериканский любовник.
Эбби улыбнулась и протянула ему руку, чтобы пожать его ладонь.
— Эбби Ренард.
Темные глаза Эй-Джея расширились.
— Черт... Ренард, как Ренард Пэриш в «Настоящей крови»? Видишь, ты бы точно могла быть Сьюки!
— Вполне себе чародейка, не так ли, Эй-Джей? — со смехом спросила Эбби.
— Все что угодно для тебя, mi amor, любовь моя. Ты вообще знаешь, какую реакцию вызывает разговор на свободном испанском, слетающий с таких губ, как у тебя? — Он закатил глаза от удовольствия.
— Нет, но я уверена, что ты мне расскажешь поподробнее, да?
Я не мог не захихикать. Чем дольше Эбби «Ангел из ада» говорила, тем больше я от нее балдел. Она не благоговела перед нами и даже отлично парировала — мои яйца служили тому свидетельством.
Тут вперед вышел Рис и протянул Эбби руку.
— Рис Макгоуэн — басист и, если ты ищешь настоящего мужчину, гораздо лучший выбор, чем этот придурок. — Он ткнул пальцем в сторону Эй-Джея.
Тот поднес ладонь Эбби к своим губам.
— Просто помни. Латиноамериканские мужчины самые лучшие.
— Я постараюсь это запомнить, — пробормотала она. Забрав свою руку у Эй-Джея, она прижала ее к голове. — Уф, и почему у меня до сих пор так кружится голова?
Эй-Джей нырнул в холодильник за бутылкой воды и протянул ее Эбби, пока Брайден опустился на колени рядом с ней.
— Может, зажать голову между коленями? — предложил он спокойным, успокаивающим голосом.
В этот момент Рис оторвал бумажное полотенце, сунул его под струю воды и протянул Эбби. Я глядел на своих товарищей по группе со смесью недоверия. Они так увлечены тем, чтобы впечатлить Эбби своей заботой. Такого никогда, никогда не происходило с девушкой в автобусе. Находящиеся здесь цыпочки ошеломляли и поражали нас своими сексуальными талантами. А когда с ними было покончено, их бесцеремонно выпроваживали из автобуса.
Но полагаю, что мотивы Брайдена отличались от наших. Он выполнял роль отца и опекуна группы, будучи при этом отцом четырехлетнего Джуда и восьмимесячной Мелоди. И несмотря на сиськи и задницы, крутящиеся перед его лицом двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, он оставался верен своей жене. И хотя я подкалываю его по этому поводу, но на самом деле я восхищаюсь его преданностью.
Эбби судорожно выдохнула.
— Со мной все в порядке. Правда, вам не нужно возиться со мной. — Она пригладила волосы и смахнула несколько пылинок со своего платья. — У меня гипогликемия, поэтому иногда я отключаюсь, когда не поем... а с притоком адреналина из-за того, что я оказалась в постели незнакомца и увидела вас, вместо своих братьев, меня все это подкосило.
Сделав нерешительный глоток воды, Эбби промокнула щеки влажным полотенцем. Когда она подняла глаза, то обнаружила, что мы все пялимся на нее.
— Так, э-э, я полагаю, вам интересно, как я оказалась здесь, да?
Брайден жестом указал на разрешающий пропуск, покоящийся на ее глубокой ложбинке между грудей.
— Я выскажу дикую догадку, но ты села не на тот автобус.
Эбби кивнула. Потом она начала рассказывать, почему вообще оказалась на «Рок-нации». А когда объяснила про роуди и «Лестницу Иакова», я глубоко вздохнул.
— Он думал, что ты искала меня.
— А? — переспросила она.
— Я Джейк Слэйтер. Он же, наверно, был не слишком внимателен, да?
Она кивнула.
— Я хочу сказать, что Джейк Слэйтер и «Лестница Иакова»[3] звучат немного похоже, а если он козел, то, наверно, даже не слышал ничего после буквы «Джей». Он просто предположил, что ты пришла ко мне.
Брови Эбби взлетели вверх.
— А к вам часто в автобус приходят случайные девушки с багажом и кейсом для гитары? — возразила она.
От моей усмешки, которой я наградил ее, на щеках Эбби вспыхнули розовые пятна.
— Неважно, — пробормотала она, отворачиваясь от меня.
Нас прервал звук ее вибрирующего телефона, лежащего на столе. Она схватила его и яростно прижала к уху.
— Гейб, Боже мой, я так рада тебя слышать!
Голос на другом конце провода что-то отчаянно говорил. Она покачала головой.
— Нет, нет, я не струсила отправиться в турне. Просто... я, э-э, я села не на тот автобус.
Его ответ омрачил ее лицо яростью.
— Да неужели? Ну, может, одному придурку из вас все-таки следовало встретить меня! — На следующие его слова она выпалила с негодованием: — Не ты ли критикуешь меня за ругательства? Я взрослая женщина и говорю то, что хочу! Не могу поверить, что ты поставил меня на громкую связь. Эли, если ты не прекратишь смеяться, я вышибу из тебя весь дух, как только увижу! А если ты думаешь, что я не смогу, то просто вспомни Коста-Рику!
Наблюдая за ее вспыльчивостью, я не мог сдержать смех. Остальных ребят тоже поразил извергающийся перед нами вулкан.
— Как это произошло? Там стояло более сотни автобусов, Гейб. Когда я спросила про «Лестницу Иакова», то они подумали, что я имею в виду Джейка Слэйтера.