- Пресс-конференцию помню, концерт помню, как мы с тобой сидели и разговаривали - помню, синеволосого ублюдка помню, чтобы его собаки драли. Паука его мерзкого, - задрожал ее голос, - тоже помню… И он хотел коснуться меня после того…как подержал своего уродца. - Ее передернуло от отвращения.
- Паук был игрушечный. - Вставила я. Думаю, это Нинку должно успокоить. Но, словно не слыша меня, светловолосая сумасшедшая загибала пальцы дальше:
- Как мы бегали и драку тоже помню. Как мы пошли обратно в ВИП-комнату - тоже. А остальное…словно вылетело из памяти.
Девушка застыла и принялась отчаянно тереть виски, думая, наверное, что это поможет ей вернуть утраченные за ночь воспоминания.
- Естественно, не помнишь, - начальственным тоном проговорила я. - Потому что кто-то решил виски чужие выпить.
Нинка с интересом на меня поглядела:
- Я, что ли, выпила?
- Нет, это был старик Хоттабыч. А потом он опьянел и наложил на тебя сонное заклятие.
Думала, подруга одарит меня миллионом вопросов, но она вдруг опять заметалась и заорала:
- Ладно, потом разберемся! Мне срочно нужно домой!!
- Чего это вдруг? - Заинтересовалась я, не припоминая, когда моя подружка в последний раз так рвалась под родную крышу. По-моему, так домой она мечтала попасть только в раннем детстве, когда по телевизору ровно в пять часов вечера показывали ее любимый мультфильм.
- Того! Сегодня пасмурно и холодного! Срочно дай мне свою куртку! - Подумав, она решила все-таки пояснить причину своего спешно отбытия. - Папочка сегодня устраивает семейный день! Если он узнает, что я именно сегодня не ночевала дома, он мне голову оторвет!
С этими словами она выбежала в коридор, включила свет и ответила на сердитый металлический голос вечно спрашивающего о том, кто там его опять потревожил нецензурной бранью, касающейся одного крайне интимного процесса. Бедный Чуня, наверняка от моей подружки наберется плохих слов и в день, когда он заговорит, выдаст всем нам немало полезной информации.
Значит, у Нинки сегодня особенный день. Семейные дни Журавлей были мне очень хорошо известны. Нинкин папа тоже мужик непростой - как ему что взбредет в упрямую голову, так непременно должно выполняться, не зря же он отец моей подруги.
Два раза в месяц с недавних пор дядя Витя решил устраивать для ближайших родственников Дни Семьи. По его грандиозным замыслам, в этот день все члены их славного семейства должны были находиться дома и посвятить все свое свободное время друг другу, чтобы укрепить отношения. Глава Журавлей мог даже заставить дочерей, сына и жену отправится в зоопарк, музей или в театр - для "духовного обогащения". А в конце такого дня в гости обычно приглашались другие родственники, чтобы в тесном кругу провести с ними праздничный ужин.
Пропускать Семейный День дядя Витя категорически запрещал и создал для свободолюбивых домочадцев прекрасную мотивацию: не подчиняешься его, дяди Витиной воли, остаешься на неделю без наличных и карточек. Действовало это безотказно - вон как Нинка волнуется, даже про вчерашний день ничего не спрашивает, да и сама не рассказывает.
Когда я, отчаянно зевая, вышла в коридор вслед за Нинкой, она уже успела расчесаться, подкрасить слегка потрескавшиеся губы моей помадой (для этого она задрала голову вверх, чтобы смотреться в зеркальный потолок), а также найти мое прошлогоднее пальто, подаренное мне ей же самой.
- Капуша, - проговорила она, - и соня.
Я прислонилась к стене, наблюдая за манипуляциями Нинки.
Оглянувшись, Нина немного поразглядывала меня и без обиняков выдала:
- Кожа бледная. Взгляд тусклый. И синяки под глазами у тебя здоровые. Ты такая хилая, Катя. Всего лишь один раз в ночной клуб сходила, так смотришься теперь ужасно, иные после трехдневного запоя так не выглядят.
- Ну, спасибо тебе. - В свою очередь я попыталась найти изъяны на ее ухоженном лице и с неудовольствием заметила, что для меня это невыполнимая миссия.
- Я это говорю для того, чтобы ты начала ухаживать за собой, - раздраженно отреагировала Нинка.
