Король вернулся к столу. Он ненавидел Марго, когда образ матери Элизабетты казался естественным и живым – даже мертвой она не оставляла Альберта в покое. После разрыва с Маргаритой в его жизни наступила черная полоса. Три месяца он отсиживался в углу спальни и смотрел в белый потолок. Ехать за возлюбленной он не решился – отец объявил о свадьбе с девушкой, которая показалась ему милой и приятной, не более. Янина представляла собой полную противоположность Марго – девушки вулкана, которая могла очаровать одним взглядом, улыбкой, наклоном головы, грацией, взрывным характером. Альберт надеялся, что Маргарита приедет на свадебную церемонию и вытащит его из пропасти. Не дождался. Он женился на Янине и не помнил, подробностей. Давая клятвы верности, он видел интерьеры церкви, в которой они венчались с Марго. У алтаря Альберт встретил служителя и пожаловался, что союз разрушен по его вине. Священник улыбнулся и продолжил церемонию, не обращая внимания на замечания жениха. Альберт выпрямился, отпустил руку Марго и приподнял край фаты, чтобы рассмотреть лицо, глаза и улыбку, показавшиеся чуждыми и нежеланными. Он хотел кричать… но сказал «да». Позднее он ощутил вкус поцелуя радости от отца, матери и родственников Янины, скрывая истинную печаль, расстройство. Альберт осознал, что совершил ошибку в тот день, когда позволил уйти Марго. Он не писал ей… Но ждал вестей от нее. Газеты сообщали о свадьбе в Стране Королевы и рождении наследницы. Марго ускользнула в тот момент навсегда…
Альберт опустился в зеленое кресло с удобной спинкой и закинул ноги на деревянный стол. В кабинете одиноко горел торшер, освещая портрет отца на стене. Король по традиции поднял руку и отпил из стакана, чувствуя, как тепло и уверенность пошатнули сознание. Настали времена, когда у него появилось право голоса, независимо от того, хотел этого отец или нет.
На столе лежала толстая папка с досье. Неделю назад Альберт приказал доверенному человеку собрать информацию о дочери и музыканте. Утро он посвятил изучению биографий. Последние три года Элизабетта не мелькала в светской хронике, имя дочери журналисты связывали с музыкальной индустрией и лидером Группы, а не семьей бабушки. А днем он приказал доставить архивные номера журнала Петера. Альберта заинтересовали статьи дочери. Читая их, он чувствовал напор словах, который заставлял оценить талант нового исполнителя и послушать пластинку, чтобы сравнить впечатления…
Альберт закрыл папку и бросил пустой стакан в мусорную корзину. В дверь постучали. В кабинет вошел секретарь и доложил, что гости прибыли. Альберт встал, погасил свет в торшере и вышел через смежную дверь в малую гостиную, в которой он принимал важных гостей, удостоенных чести посетить родовой замок, принадлежащей лично ему, как наследнику отца, а не Стране Короля.
Элизабетта стола у двери, держась за руку музыканта. Дочь напомнила ему Маргариту. Она пригладила волосы рукой и заправила выпавший локон за ухо движениями Марго. Альберт предложил гостям сесть на диван у окна, сам занял кресло напротив. Внешность Элизабетты не интересовала его. Он с особым вниманием рассматривал музыканта, отметив, что костюм идеально подобран стилистом дочери и идет ему. Жених Элизабетты чувствовал себя чужим на территории замка. Альберт уловил тревогу и суету во взгляде музыканта и вздохнул. Что ж, завтра он познакомится с ним в привычной для музыканта стихии, на сцене. Наклоном головы он поприветствовал их и предложил напитки до ужина. Гости вежливо отказались. Разговор об овальных заседаниях Альберт решил перенести в ложу. Он не мог раскрыть тайну существования некой организации в присутствии музыканта.
«О чем говорить?», – вертелось в голове у Элизабетты. – «Я Анри привезла, чтобы не остаться с ним наедине, потому что грузный мужчина, одетый и причесанный с иголочки – чужой. Я не верю, что он любил маму так, как написано у нее в дневнике». – Она сжала руку Анри и улыбнулась. – «Я не могу осознать, что у меня есть отец. Если бы судьба давала право на выбор, я бы попросила встречи с мамой!».
Альберт вспомнил о миссии хозяина и задал тон разговора, спрашивая у дочери о том, как она провела день, понравился ли ей Новый город, обстановка в замке. Элизабетта не слушала его, отвлекалась на собственные мысли и сжимала руку Анри. Она вяло подражала тону короля и отвечала на вопросы.
Ужин прошел в полном молчании. Элизабетта жалела, что согласилась на встречу с отцом, да и на завтрашнюю тоже.
«На что я надеялась? Отец от радости расцелует меня и уговорит переехать в замок? Я ненавижу его манеру говорить правильно и искать смысл.»
Анри ерзал на стуле и с интересом изучал на вкус состав блюд, которые подавали на стол. Он хотел расспросить об этом Альберта, так как устал от царившей тишины. Король, казалось, не заметил возникшего напряжения и неудобств. Дочь навестила отца в замке. Он радовался возможности пообщаться с Элизабеттой и ожидал сближения.
